Великолепная синергия.

Стал ли я красивее? Безусловно!

Стал ли сильнее? Не сомневаюсь!

Я даже не сразу понял, что размеры моего тела изменились. Когда боль сошла на нет, и мне удалость не просто пошевелить челюстью, а раскрыть её так, что на лице проступила широкая улыбка, я вскочил на ноги. Показалось, что потолок рухнул на голову, но всё совсем наоборот. Мне пришлось немного опустить голову набок, чтобы не цеплять макушкой пульсирующие на потолке вены и взглянуть на друзей сверху в низ.

Мой рост явно перевалил за два метра, а в ладонь могла без проблем помститься голова Осси… Нет! Я мог с лёгкостью обхватить кроваво-костяной ладонью голову Бэтси, и даже оторвать толстуху от пола. Теперь я могу… Я могу…

Я вновь осмотрел себя, провёл пальцами по выступающим костям, довольно гармонично вписывающимся в общий вид доспеха, полностью покрывшегося трещинами и бороздами в тех местах, где проступили кости. Нужно признать одну вещь. Это тяжело сделать, но обманывать себя нет никакого смысла. Всё очевидно.

Я стал похож на судью Анеле. На мне такой же доспех, один в один, и это означает лишь одно! Мы сразимся в равной схватке.

— Инга! — крикнула Осси. — Нас теснят кровокожи! Скоро от твоего войска ничего не останется!

Осси вместе с Роже отошла к выходу из комнаты. В их взгляде что-то поменялось. Они поглядывали на меня с опаской. Они медленно пятились, явно опасаясь меня, словно я стал неуправляемым монстром, способным убить их в любой момент. Отыскав Бэтси взглядом, я приказал толстухе присоединиться к Осси. Бэтси подобрала с пола секиру, крепко сжала её в пухлых пальцах и с неохотой присоединилась к Осси с Роже.

Не раздумывая ни секунды я рванул к окну и выбросился наружу. Этаж первый, лететь к земле — миг, но этого мига хватило, чтобы я заметил любопытный предмет, рядом с которым я приземлился. Огромный меч судьи Анеле. Видимо, она вырвала клинок из ребер и бросила, не в силах забрать с собой. Значит, ты, сука, смертная! Как удачно!

Обхватив рукоять меча, оплетённой длинным лоскутом грубо содранной человеческой кожи с ухом на конце и редкими сосками, я бросился на схлестнувшихся в битве кровокожих. Сейчас всё стало гораздо проще. Убивать было одно наслаждение. Мои воины вновь обрели свою волю, они вновь стали моими солдатами, сражающимися на моей стороне. И все, кого мне нужно было убивать, это воины с прямыми клинками. Мне хватило одного взмаха ужасным мечом, чтобы рассечь пополам десяток врагов. Оторванные торсы с кусками покрошенного доспеха хлынули в воздух, и они даже не успевали упасть к моим ногам, как очередные куски кровокожих занимали их места.