— Звериный гной действует на этих уродцев также, как и на нас!
Дрюня отвернулся от меня и бросил взгляд вперёд, где над ровной линией горизонта быстро разрасталось облако пыли.
— Но погибнут твои воины…
Дрюня прекрасно понимал, что решение здесь одно. Да погибнут, но они в любом случае погибнут, вопрос лишь в количестве.
Морской ветер подхватывал пепельные хлопья и проносил через отравленное поле, словно уносил брошенные умирающими растениями семена смерти куда-то вдаль, туда, где они смогут прижиться и снова начнут убивать почву.
Очередной порыв скользнул сквозь деревья со свистом. Я почувствовал касание на своём лице, нежное и мёртвое, оставившее последе себя грязные пепельные полоски. Свист стих, и до меня вновь донёсся страшный шум битвы. Совсем рядом с чавкающим хрустом ломались и лопались доспехи моих воинов. Вздувшиеся гиганты громко вопили от ярости, надрывая свои бездонные глотки. Их омерзительно вздувшиеся руки опускались на головы кровокожих, и тебе повезло, если ладонь гиганта ломала тебя на месте.
Раскинув пятерых воинов в стороны, гигант сумел поймать одного в свою лапищу, оторвать от земли и начать трясти перед своими выпученными глазами. Мой воин в его ладони казался огромной куклой. Кукла отчаянно пыталась вырваться, тыкала мечом в сдавливающие его грудь пальцы, пыталась достать до морды гиганта, и даже вспорола тому губу, чем вызвала гнев монстра, и тем самым — свою смерть. Разбухший монстр порвал пополам куклу и швырнул обе половинки в скалу, но еще в воздухе кровокож обратился в прах и, подхваченный морским ветром, разлетелся над полем битвы. Гигант явно разозлился. Акт жестокости не принёс должного удовлетворения, и ему пришлось выплеснуть скопившуюся злость на следующей жертве.
Мне было больно смотреть на происходящее, но иначе нельзя. Мои воины действовали тактично и слаженно. В любой другой битве, с иным врагом, их действия бесспорно привели бы к победе, но в данном случае их попытка взять гигантов в кольцо принесёт лишь дополнительные потери, и далеко не от рук самих гигантов.
Мне пришлось остановить задние ряды воинов от продвижения вперёд и приказать отступить, оставив сражаться с набухшими ублюдками пять десятков солдат в кровавых латах. Они обречены. Все. Но дорога к победе всегда будет устлана жертвой.
И для победы нам оставалась пустить больное зверьё в сторону гигантов.
Я обернулся, услышав за спиной Дрюнины крики и ругательства.
Гнойные пластины крепкого доспеха издавали неприятный слуху скрежет каждый раз, когда Дрюня подпрыгивал и звал на себя несущихся в его сторону зверей.