— И что из себя представляет коновой? — спросил я у Романа.
Он жрал как не в себя, вечно голодное создание. Мясо, овощи, бухло — всё лезло в рот без устали. Он даже не подавился. Руки и морда блестят от смешанного жира с потом, губы влажно чавкают, глазёнки так и норовят пробуравить у меня во лбу дыру с кулак. Наверно, своим присутствием я ненамеренно возвысил его местный авторитет, который и так, по моим наблюдениям, был на высоком уровне.
Оторвав зубами большой кусок мяса от куриной ножки и жуя его как жвачку, Роман ответил:
— Всё как всегда. Несколько повозок запряжённые быками, сопровождающий, и его охрана.
Меня не интересовала охрана, сейчас я мог выступить против целой армии, а вот сопровождающий меня куда более заинтриговал.
— Сопровождающий, — подчеркнул я, — кто он?
— Бедолага, хорошо знающий леса, и умеющий ориентироваться на местности, даже когда на нас обрушиваются тропические ливни или с моря набегает ураган.
Спустя неделю вернулась та жуткая птица, сидевшая на плече Романа, а через несколько дней один из моих воинов доложил о движущихся в нашем направлении вражеских солдат и тех самых повозках с рабами. Гостей мы встретили относительно жёстко и без хлеба с солью. За охрану конвоя отвечали все те же медведи с оленьими головами, с которыми я уже встречался не раз. Мы разобрались с ними без лишней суеты и пыли, прикончив на месте. Чуть стоило им добраться до центра деревни, как моя булава, жуткая секира Бэтси и дубина Ансгара оборвали жизни изуродованных животных в считанные секунды. А вот тот самый сопровождающий оказался крепким орешком.
Когда стрела Осси точным выстрелом вонзилась в олений глаз и вошла в мозг, убив первого зверя на месте, мы с Ангаром выскочили из ближайшей лачуги и кинулись на второго. Две булавы раскололи доспех уродца словно стеклянную бутылку, после чего мы без труда добрались до сердца, которое лопнуло на наших глазах после одного точного удара дубиной Ансгара. В тот момент я подумал, что драка кончена, мы победили. Но я рано радовался.
Сопровождающим оказался высокий мужчина. Как и я, он был закован в кровавый доспех, из массивных наплечников в разные стороны торчали клыки, только в отличии от моих — острых — его напоминали оплавленные свечи. Он сразу почуял неладное. Стоило Осси натянуть тетиву, как сопровождающий выхватил из-за спины огромный двуручный меч, чьё лезвие выглядело как обожжённая в пожаре человеческая кость. Проблема в том, что нам нельзя было его убивать. Ни при каких условиях. Осси могла лишь целиться в него, ранить по нашей команде, но бить на поражение не имела никакого права. Воительница попыталась его ранить, но стрела предательски отскочила от крепкого доспеха, не причинив никакого вреда.