— Отец, — начала говорить она, но в её тоне была не просьба, а попытка вразумить, — война ведь и впрямь на пороге.

— Он должен был отправиться в острог! — резко развернулся к дочери Аркадий Иванович. — Или в пехоту! А он…

Аркадий Иванович посмотрел на меня глазами, полными ненависти.

Лена отпрянула и едва заметно покачала головой. Она знала отца лучше всех остальных, потому развернулась и, подобрав подол платья, быстрыми шагами направилась к дому. Аркадий Иванович посмотрел ей вслед, и ярость в его глазах начала медленно уходить.

Я же устал ждать и совершенно не собирался смотреть на семейную драму.

— Ваш ответ, Аркадий Иванович? — спросил я.

— Делайте, что должны, — тяжело ответил Аркадий Иванович. — Я позову своего приказчика.

Я кивнул, поворачиваясь к своему отряду. В изумрудных глазах Ярославы переливались огоньки интереса. Иван смотрел на Захарова с лёгкой жалостью. Соловьёв внаглую считал ворон на крыше поместья. Олафа все эти разборки тоже не интересовали.

— Иван, Ярослава, — скомандовал я, — возьмите Воронов и начинайте погрузку по списку. Соловьёв, проконтролируй с Олафом.

Они двинулись выполнять приказ. Аркадий Иванович бросил свиток на землю и зашагал к дому. Я пожал плечами и поднял его. В конце концов, Соловьёву нужно было с чем-то сверяться.

Вскоре к нам вышел сухопарый мужчина лет шестидесяти с лицом, напоминающим сморщенное яблоко. Лишь его глаза были хитрыми, цепкими и всё бегали, с интересом впитывая детали. Он был одет в чистый и добротный кафтан.

— Афанасий, приказчик Захаровых, — отрекомендовался он, вежливо улыбнувшись. — К вашим услугам, господа ратники.

Я не стал тратить время на церемонии, развернул свиток и передал ему.

Пока Афанасий читал документ, я принялся отдавать команды. В конце концов, я тоже был своего рода приказчиком.

— Иван! — бросил я белобрысому, и он тут же вытянулся. — Проверь амбар. Нам нужны зерно и мука. Обязательно взвесь. Ни грамма сверх нужного, но и ни грамма меньше.

Иван кивнул, при этом выражение его лица стало серьёзным и сосредоточенным.

— Ярослава, — мой взгляд переключился на рыжую, — с тебя конюшня и оружейная. Оцени состояние лошадей и оружия.

Ярослава лишь коротко кивнула, её зелёные глаза уже бегло оценивали поместье.

— Соловьёв, — я повернулся к аристократу, который смотрел на окружающую его жизнь без всякого интереса, — ты с Олафом будешь контролировать погрузку. Следи, чтобы Вороны ничего не разбили и не растеряли, а хозяева не забыли что-то в углу.

Соловьёв тяжело вздохнул, словно ему поручили копать ров, но спорить не стал.