Следом, с тем же сосредоточенным усилием, он активировал лечебную подвеску и кольцо. Тишина в комнате стала вдруг абсолютной! Гулкая, давящая — будто кто-то выключил звук во всём мире. Подав короткий импульс, он прервал работу артефактов и сразу почувствовал, как они потянули в себя энергию Вселенной.

Марк не смог сдержать своего ликования, ведь это был головокружительный успех! Вскочив, он начал скакать по комнате, издавая радостные вопли. Ему было все равно, услышит ли его кто-то на улице — он сталтворцом и не собирался отказывать себе в минутах радости.

Отпраздновав свой успех, парень дал себе передышку, чтобы успокоить ликующий разум и дождаться заполнения внутреннего резерва. Самое страшное было впереди.

Марк взял в руки перстень. Холод обсидиана и металла казался теперь зловещим. Глубоко вздохнув, он собрал всю своюволю в кулак. Его «Ручей» был полон, контроль находился на пике. Собравшись с духом, он начал активацию.

Энергия хлынула в сложнейшую схему… и почти сразу Марк ощутил сопротивление. Руны не просто поглощали силу — они требовали её в определённом ритме, с изменяющейся интенсивностью, словно сложнейший пароль. Его «контроля» катастрофически не хватало, но он держался.

А еще схема жадно высасывала энергию, но не загоралась, оставаясь мёртвой. Паника, острая и липкая, скользнула по краю сознания. Он чувствовал, как его резервы тают на глазах.

Вот прошло несколько минут, и он почувствовал, что его резерв пуст. И тогда, стиснув зубы, он сделал то, на что не решился бы ни один здравомыслящий эфирик — он пошёл ва-банк. Вспомнив опыт с имплантом, он переступил через инстинкт самосохранения — отдал артефакту не только остатки магической энергии, но и кусок своейжизненной силы , своей воли к жизни.

Это было невыносимо… Ощущение было сродни тому, как будто из него вытягивают жилы, одну за другой, и делают это с садистской медлительностью. Через тело прокатилась судорога, в висках застучали молоты, а в глазах поплыли тёмные пятна. Воздух в лёгких стал густым, как смола. Казалось, сама комната сжимается, вытягивая из него душу. Марк слышал, как его собственное сердце бьётся с бешеной частотой, предсмертным набатом. Но он не останавливался. Впиваясь ногтями в ладони, до крови кусая губу, он заставлял себя отдавать последнее, что у него было —жизнь . В этой агонии была лишь одна ясная мысль, один маяк:«Должен… Я должен…»

И в тот миг, когда ему показалось, что следующего вздоха уже не будет, — раздалсящелчок . Тихий, почти призрачный, он прозвучал не в ушах, а где-то в самой глубине его существа. Руны на внутренней стороне перстня вспыхнули короткой, ослепительной вспышкой серебряного света и так же мгновенно погасли, растворившись в металле. Артефакт был активирован!