Василий окрестил их бывшими. Их явно связывали сильные чувства, но какие-то утомившиеся, присыпанные пеплом.
Дослушав «Разлуку», они подошли к нему. Мужчина взял два конвертика с сыром и обратился к спутнице.
— Тебе чай? Врач сказал поменьше пить кофе.
— Я хочу кофе.
— Один кофе и один чай.
— Я хочу кофе, — повторила женщина.
Василий растерялся. Смотрел на них и молчал, не хотел стать искрой, породившей пожар. Наконец дамочка уступила.
— Чёрт с ним, давайте чай.
Пока он готовил, они отошли чуть в сторону.
— Как Ксюша?
Мужчина сморщился.
— Тебе это правда интересно?
— Правда.
— Снова выкидыш.
— Мне жаль.
— Тебе не жаль. Ты беременна, — зло произнёс мужчина и сразу же спохватился: — Прости. Я просто… Не жалей меня. Я не твой безногий пёс и не кот с порванным ухом. Не хочу твоей жалости.
Кофе и чай уже были готовы, но Василий боялся влезать в напряжённый разговор. Ещё больше боялся показать, что их интимную беседу на этом расстоянии отлично слышно.
Женщина положила ладонь на живот и неосознанно его погладила.
— Знаешь, что страшно? Что мы привыкли к этому. — Она обвела рукой площадку перед галереей, но говорила явно не о парке. — Как к затянувшейся болезни. Если бы кирпич упал на голову, то сразу понятно, что это ого и больно. А если вот так — привыкаешь. Привыкаешь к этой роли, к этим встречам. А между ними словно не живёшь. И всё ждёшь, ждёшь.
— Ты хочешь уйти?
Она покачала головой.
— Я не могу. Я слабачка. Даже беременная от другого не смогла тебя оттолкнуть.
Замолчали, мужчина обнял её и погладил по животу, мягко и нежно.
— Ты очень красивая.
Она недоверчиво хмыкнула.
— Ну конечно, плюс десять килограмм, растяжки и пузо. Просто писаная красавица.
— Бесполезно. Ты меня всё равно не слышишь. Ты самая красивая. В тебе сейчас волшебство, новая жизнь. Ты чудо.
Судя по звукам, за лестными словами последовал поцелуй. А потом женщина вспомнила:
— Мы же сыр заказали и чай. Или всё-таки кофе?
— Чай.
Когда они подошли, Василий сделал вид, что занят нарезкой сыра. Когда к нему обратились, он переспросил, нарочно делая вид, что глух и рассеян.
— Что?
— Наш заказ.
— Да-да, конечно, всё готово.
Василий долго смотрел им вслед, а потом перевёл взгляд на Елену Прекрасную. На музу, печаль его сердца, лучшую из ангелов, настоящую сладкоголосую сирену — жену брата, его бывшую.
Ты расскажи про нас всему свету,
Как нес тебе цветов я букеты,
Как ждал я до утра у подъезда,
Ожидая тебя
Акмаль
2020–2021 год
Если бы не переписка с Анаит и подглядывание через инстаграм за жизнью Каролины, Санька повесился бы с тоски. А ведь сначала он так ликовал, что не нужно ходить в школу. Оказалось, из режима дня пропала не только школа, но и футбол, и вообще всё, что находилось за пределами квартиры. За возможность выйти и просто погулять на улице он отдал бы стеклянного овираптора, а может, даже двух. Больше не радовала возможность валяться до обеда в постели и тупить в телефоне. Мама тоже всё время была дома. Мобильный отбирала и требовала заниматься. Дурацкая удалёнка превратилась в натуральное заключение.