Санька наблюдал в окно, как с соседским мопсом гулял по очереди весь подъезд, а у них не было собаки, только кошка и та слепая, с ней сильно не погуляешь. Маме повезло больше. Она выходила в магазин, а с недавнего времени получила пропуск и стала ездить в фермерский магазин к дяде Лёше. Возвращаясь, она снимала куртку, натирала руки вонючим антисептиком и полностью переодевалась. На вешалке у входа постоянно висели маски. Они стали постоянным предметом гардероба. Он даже заказал себе на маркетплейсе прикольную тканевую маску с открытой зубастой пастью, а маме зеленую с яблоками.
Тётя Даша уехала к родителям. Бабушка Лида слегла, судя по всему, примерила «корону», им требовалась помощь. Заболела и тётя Вика, в Славянск не поехала, чтобы не заразить родных. Болела тяжело, не могла выйти ни в магазин, ни в аптеку. Мама каждый день готовила для неё еду и отвозила пакет с пластиковыми контейнерами. Оставляла у дверей и забирала пустую посуду.
Утро начиналось с плохих новостей. Мама слушала сводки: сколько заболевших и сколько умерших. Когда Санька приходил на кухню, всегда переключала канал, можно подумать, эту «секретную» информацию не найти в интернете. Только об этом и писали. Везде. Даже Анаит рассказывала, что её маму забрали в больницу и они теперь на карантине. Ждут, когда у них появятся симптомы.
Каролина каждое утро постила важнейшие события из жизни: как она просыпается, как чистит зубы и завтракает коктейлем из шпината и лайма. Выкладывала и свои рисунки. Но подписчикам больше нравилось наблюдать за бытовухой и кривляньями под музыкальную нарезку. А Санька, наоборот, выхватывал посты со скетчами. У неё здорово получалось. Ещё бы! С такой-то мамой. Он видел рисунки тёти Арины на обложках в книжном магазине и гордился, что у него такая офигенная родственница. В её закрытую группу он пробиться не смог, даже придумав себе липовую личность. Она не добавляла незнакомцев. С Каролиной они переписывались в комментариях под её постами, дружили напоказ и несерьёзно. Её изоляционная жизнь выглядела насыщенной и интересной, а он сходил с ума в двухкомнатной тюрьме.
К их многоэтажке постоянно приезжала скорая. Ночью сверкающие мигалки пробуждали вспышками, а днём звук спешащей реанимации выхолаживал внутренности. Кого-то спасали, кого-то не успевали спасти. Город будто вымер. Изредка появлялись прохожие и все спешащие по делу или выгуливающие питомцев. Детей вообще не было.
Терпеть вынужденное заточение в феврале было ещё терпимо, но с приходом весны Санька совсем очумел. За окном тепло, солнечно, а он зубрит правила и решает бесконечные тесты. Раньше родители ругали, что он проводит много времени перед экраном, а теперь насильно сажали за компьютер. Испорченные зрение и осанка уже по боку.