Это был не первый и даже не второй раз, когда Настя подбирала уличных животных или прикармливала через забор бродячих собак. Лёхач рассказывал, что половина их кошачьего зоопарка — это приёмыши Насти. Чаще всего она тащила домой увечных: со сломанными хвостами, порванными ушами и перебитыми лапами. Вот и этот котёнок напоминал больше крысу, к тому же без глаза.

Дорогу к Производственной улице не расчистили, пришлось пробираться по тающему снегу. Больше всего от непогоды досталось дальним отделениям и их посёлкам: Степному и Садовому. Поля придавило ватным снегом, сады укутало метельной паутиной. Совхозный посёлок, в котором жили Антоновы и семья Кати, вплотную примыкал к Славянску-на Кубани. По факту был частью города, своеобразной границей являлась каменная арка с логотипом «Сад-Гиганта». Совхозный упирался в посёлок Прибрежный, названный так за близость к реке. Вода на Протоке промёрзла, но недостаточно глубоко, чтобы бесстрашно ходить по тонкому льду. За эту неделю трое школьников получили взбучку за то, что выбрались на хрусткую корку и едва не утонули. Катя не сомневалась, что там бродили и старшие Антоновы, но без последствий и без свидетелей. Вишневый посёлок первый отряхнулся от снега, солнце облизывало его крайние улицы и постепенно приближалось к остальным отделениям. Снег таял, ночью застывал в причудливых формах, а днём снова плавился.

Катя не любила такую слякотную зиму, скучала по долгоиграющему морозу и белым просторам. Сапоги промокли, нижний край хвалёного пальто покрылся грязными кляксами, шапка над влажной чёлкой скособочилась. Преодолев очередной подтаявший сугроб, Катя остановилась отдышаться. Настя пошла дальше, пришлось снова повышать голос:

— Ну куда ты прёшься⁈ Прямо в лужу. — Катя оглядела притихшую девочку и устыдилась своей несдержанности. — Прости. Неизвестно ещё, что там с костюмами. Может, до утра шить будем. И котёнок ещё этот, Вонючка. Заругают тебя за него.

Настя прижала его ещё сильнее и на всякий случай отвернулась.

— Пусть ругают.

— А тёти почему твоей маме не помогают?

— Тётя Лида поженилась и уехала.

— Вышла замуж, — машинально поправила Катя. — А тётя Тамара?

Настя задумалась, котёнок пискнул.

— Тётя Тома не надевала белое платье.

— Но уехала?

Настя задумчиво кивнула.

— Её дядя увёз.

— Понятно.

Катя снова взяла Настю за руку, но уже не сердилась ни на слякоть, ни на предстоящую вынужденную работу, её грела приятная новость. Сестры Алексея уехали, а это значит, когда выйдет за него замуж, она станет в Большом доме полноправной хозяйкой. Старшие Антоновы пожилые и в принципе приятные люди. Бабу Васю за глаза называли прижимистой, но Катя считала её бережливой, а это хорошее свойство хорошей хозяйки. Очень полезно уметь перешивать шторы на платье и растягивать одну курицу на десять блюд.