Алексей пришёл. Но другой. К сожалению, не её милый Лёхач, а Настин брат, как обычно, в компании Филиппа. Настя тут же вскочила пружинкой и кинулась навстречу, коротко обняла брата и сразу же переключилась на его друга. Обхватила за ноги — выше не доставала — и затихла. Филипп погладил её по мохнатой шапке, щёлкнул по заснеженному помпону.

— Привет, Настёна. Замёрзла?

Настя отрицательно замотала головой и тут же всунула в руку Филиппа мятую сладкую булку.

Катерина удивлённо вскинула брови: ах вот куда булки пропадают! Нужны они Филиппу! У них дома, небось, колбаса палками и рафинад ящиками.

Лёша поздоровался.

— Добрый вечер, Екатерина Михайловна.

— Почти добрый. Опять Настю поздно забираете. Мне тоже нужно домой. Стою, жду, мёрзну.

Филипп поднял Настю на руки, чмокнул в холодную щёку.

— Извините. Больше такого не повторится, — совершенно искренне, но не в первый раз сказал он.

Катя невольно улыбнулась. Вот шельмец! Ещё подросток, а уже как умело флиртует: улыбается и вешает лапшу на уши. Не зря его прозвали Французом. Француз и есть. Ален Делон, блин. Только глаза не голубые.

— Лёш. Напомни маме про костюмы для снежинок.

— Она помнит. Не успевает только.

— Как не успевает? Послезавтра Утренник!

Лёша молча развёл руками.

Катя от возмущения покраснела.

— Что же делать-то? — На секунду она замерла и тут же решительно выпалила: — Я завтра после работы приду. Помогу.

— Значит, завтра Настю не забирать? — тут же сориентировался Лёша.

— Пусть дядя Алексей нас на машине заберёт. Маму предупреди.

Лёхач недавно стал гордым обладателем подержанного жигулёнка, катал на нём своих друзей бывших десантников, громко слушал музыку и курил, выдувая клубы сизого дыма прямо в открытое боковое окно.

Пока они договаривались, Настя притоптала вокруг Филиппа рыхлый снег. Обходя его, держалась то за одну, то за другую руку и заглядывала в лицо.

Катя довела их до ворот и вышла на узкую дорожку тротуара, присыпанную песком.

— Поторопитесь. Быстро темнеет.

— До свидания, Екатерина Михайловна, у вас очень красивое пальто, — вдогонку крикнул Филипп.

Катя не ответила, но улыбнулась. Комплимент от подростка, да ещё такой бесхитростный, всё равно польстил. Лёхач тоже так умел: забалтывать и укладывать на лопатки даже таких отличниц и серьёзных девочек, как она.

На следующий день Лёхач не приехал. Кипя от гнева, Катя шла к дому Антоновых и тащила за руку Настю. Нервно дёргала и поторапливала:

— Горе ты луковое, не отставай!

Настя сопела и молча шлёпала по лужам, прижимая к себе котёнка. Подобрала его на повороте у магазина и, несмотря на угрозы Кати, не отдала и не положила обратно на холодные ступеньки. Прижала крепко и решительно насупилась.