Наконец врагов стало меньше и можно было подойти к другому крюку — ко второму против часовой стрелки. Осталась последняя попытка, но Кириллом уже овладело то самое отчаяние, с которым бросались грудью на амбразуру вражеского дота.
Кирилл дернул за цепь, и та сначала пошла вниз, а после вознеслась вверх. Ржавый крюк пролетел возле лица и едва не зацепил ухо. Как всё-таки хорошо, что у Кирилла выработалась превосходная реакция. Если бы не отскочил, то мог повиснуть, как мясная туша в холодильнике.
Со стороны двери раздался щелчок, будто в замочной скважине на один оборот повернулся ключ.
— Браво, Экзекутор. Я вижу, что вы готовы ко второй загадке. Надеюсь, вам не доставили особенного неудобства наши маленькие друзья? — раздался из магнитофона бесстрастный голос.
Кирилл мог бы поклясться, что сейчас голос рад его отгадке. Что за больные уроды сидят за стенами, чтобы так издеваться над людьми? Ноги продолжали гореть, словно он танцевал в центре костерка. Экзекутор сплюнул и попал в кучку раздавленных муравьев:
— Завязывай со своими шуточками. Давай второй вопрос.
— Хорошо. Вторая будет чуточку потруднее: «Лучше, чем Бог, хуже, чем Дьявол. Есть у бедных, нет у богатых. Если съешь, то умрёшь. Что это?» Сейчас ставлю песенку на два проигрыша. Надеюсь на ваш блестящий ум, Экзекутор. Очень не хочется так рано завершать игру. И думаю, что вашей спутнице тоже не захочется, чтобы вы проиграли. Авбдфывал…'
Кешка смог подтащить курицу к подоконнику, сбросил вниз. Драный кошак едва не словил сердечный приступ, когда рядом плюхнулась еда. Он отпрыгнул, собрался было тикать, но… запах ароматного мяса заставил вернуться. Драный поднял морду вверх. Кешка помахал ему лапой в ответ.
Драный кивнул и, ухватив куриную ногу, драпанул прочь от матерящегося швейцара. Кешка начал вылизывать лапу. Сегодня он помог одной живой душе и мог считать, что ещё одну ступеньку в кошачий рай себе подготовил.
— Я охреневаю от этой ботвы! — взвизгнула Чопля, когда осмотрелась по сторонам. — Это что же за беспредел-то такой творится? Кому спокойно не живется? Кто хочет погибнуть геройски во цвете лет среди попкорна?
— Дили-дили-бом, — исполнила последнюю строчку неизвестная девочка, нагонявшая на нас жути, а после замолчала.
— Эй, врубите теперь «Трали-вали», а то я от вашего «Дили-бома» едва не поседела! — выкрикнула Чопля.
— Может, помолчишь немного и дашь высказаться тому, кто нас пленил? — хмыкнул я.
Чопля возмущенно фыркнула и подлетела к одной из сплетенных дверей. Стоило только ей приблизить руку к стеблям, как тут же выпростался кукурузный лист. Чопля в последнюю секунду успела убрать руку.