В тело начало вливаться ещё больше силы.

— Держись, босс! — в ушах раздался голос Киоси, а нынче Дзуна Танагучи.

— Держись, засранец! — послышались голоса онрё, которые обитали в Токио.

Да-да, тех самых: половины девушки, женщины с разрезанным ртом, тэнгу.

— Держись, ноппэрапон! — раздался голос Намахагэ, Юки-Онна, Нурарихёна.

Я рос, становился всё больше и больше. В моём теле бушевали стихии огня, воды, воздуха, молнии, земли. Я рос и вместе с этим росла моя сила.

— Не сдавайся, пришелец из другого мира, — прозвенел голос Аматэрасу. — Мы все рассчитываем на тебя! Не сдавайся!

Я увидел материк, сделал два шага в той луже, которую почему-то назвали Тихим океаном, и оказался на земле. Я видел, как с запада и востока на Россию летели мелкие удлиненные мошки. Они приближались и каждая несла в себе зло.

— Изаму, ты можешь отбросить их. Постарайся сделать это… — послышался далекий голос сэнсэя. — Я верю в тебя… сын!

Я встал в центре России, огромный, сильный, могучий. Я чувствовал подпитку боевой силы со всех сторон. Похоже, что не только мои знакомые и друзья поддерживали меня, но и ведуны России тоже подключились к общей магии.

Одна из ракет начала опускаться на Уральские горы. Я быстро дернул рукой и её унесло в сторону океана. Ещё одна. Потом ещё одна…

Их было невероятно много, но и я двигался, перепрыгивал невесомо с места на место и бил, бил, бил… Ракеты относило в стороны, они падали в океан и там взрывались. Вода закипала, а я всё передвигался по необъятной Родине и защищал её так, как мог.

И всё-таки меня одного не хватало! Катастрофически не хватало! Я не мог разорваться на все стороны!

И тут я заметил краем глаза, как рядом возникают огромные тени. Тени бородатых мужчин в кольчугах, со шлемами-шишаками, с булатными мечами… Они тоже начали отбивать ракеты, отражать нападение…

— Нешто мы тебя одного оставим? Не по-богатырски это как-то будет, — прогудела одна тень с окладистой бородой.

— Поднажмем же, братцы, не дадим супостату погубить землю русскую! — задорно откликнулась другая тень, с гладко выбритыми щеками.

— Не робей, друже, справимся! — прогудела третья тень. — Не впервой татю по сусалу нахлобучивать.

И я не робел. Я двигался, бил, перепрыгивал. К теням прибавились ещё тени, ещё и ещё… Предки вставали за своих потомков. Мертвые бились за живых…

Сколько так продолжалось? Я не могу сказать? Сколько рядом было теней? Тоже не считал. Просто понял, что в один миг всё кончилось.

Всё кончилось так резко, как будто оборвались струны на гитаре музыканта. Только что я сражался и вот всё… Я нахожусь в темноте…'