— Вы абсолютно правы, госпожа Карамзина, — вежливо поклонился Кощей. — Ранее вы знали меня как князя Старицкого, а также под другими именами… Жаль, что нам приходится знакомиться при таких обстоятельствах. Я имел честь быть знакомым с вашим батюшкой — весьма достойный был человек!

— Эдгарт, почему вы с ним? Разве…

Я вздохнул и начал рассказывать. Постарался уложиться в минимальное время, чтобы только ввести в курс дела и чтобы слегка приукрасить своё участие в спасении человечества. Также обозначил немаловажную роль самой Карамзиной в предстоящем событии. Правда, сам не до конца понимал её роль, но знал, что она тоже чертовски важна.

— А сейчас не могли бы взять детей и подождать немного в стороне. Лучше всего… Подруга моя верная, проводи-ка многоуважаемую Светлану Николаевну к нашей палатке. Думаю, что дети не откажутся от чашки горячего чая и пары кусочков вкусного торта? Не так ли, мои хорошие? — неожиданно улыбнулся Кощей.

Так непривычно было видеть улыбку на этом худом, усталом лице…

Светлана Николаевна тоже озадаченно уставилась на Кощея. Она ещё не доверяла ему. В принципе, я тоже не доверял, но… Если надо убрать детей до поры до времени, то лучше это сделать заранее.

Да и вообще… Будь моя воля — на десяток километров не подпустил бы детей к этому месту. Слишком уж тут много чего должно случиться, чтобы запускать сюда недорослей.

Баба-Яга подхватила Машу на руки, заурчала доброй бабушкой:

— Ой, а кто у нас тут такой красивый? А какие бантики, какие туфельки… Красотка, да и только! Пойдём, я тебя конфетами угощу, тортом накормлю. И брата своего бери, не забывай! Ух, была у меня давным-давно одна история. Вот как раз про брата и сестричку, похожих на вас. Вроде бы их называли Гензель и Гретель, если мне не изменяет память…

Светлана пошла следом, прихватив Петьку за руку.

Когда они скрылись в южной части парка, Кощей вздохнул и взглянул на телефон:

— Ну что же, всё скоро начнётся. Трусишь, ведьмак?

— А чего мне бояться? Марена здесь, так что вход в Мир Мёртвых сейчас без присмотра остается. Смородину-реку я видал, Калинов мост тоже знаком. Смерть всегда со мной рядом ходит, за стол садится и на кровать ложится. Так что привык я к ней, — пожал я плечами.

— Ну, раз ты привык, то и другим придется, — проговорил Кощей. — А вскоре наша безносая подруга попляшет тут от души…

Со стороны мы могли показаться отцом и сыном, которые шли через парк и решили отдохнуть. Вот только если бы кровь на руках могла светиться, то наши руки сверкали бы сейчас ярче вынырнувших на небосклон звёзд.