— Редкий случай, Римма Аркадьевна, — вступил в разговор я, небрежно закинув ногу на ногу. — Столько слов, и ни одной верной догадки. Скажите, этот господин при жизни на самом деле был бизнесменом?

— Был, — еле слышно произнесла женщина.

— Странно, — я склонил голову к плечу и задумчиво окинул взглядом застывшего на месте Черемисина. — Бизнес — дело серьезное, требующее хороших умственных способностей, которыми тут, уж извините, не пахнет даже. Много ненужной иронии, бессмысленных угроз, сомнительного юмора. Вы, милейший, больше напоминаете мне сварливого старичка на лавке у подъезда, который то несмешно острит, то пукает.

— Очень интересно, — голос призрака ощутимо изменился. — Значит, ты меня видишь? Это как же так получается? Римма ладно, я хочу, чтобы она знала, кто ее убьет. Но ты как? Он сказал, что я сам могу решать, перед кем показываться, перед кем нет! А выходит, все не так?

— Входит, выходит, — отмахнулся я. — Мало ли чего на свете случается? И потом, твой Кузьма тоже не семи пядей во лбу, знаешь ли. И его слова не истина в последней инстанции.

— Ты Кузьму не тронь! — велел мне призрак. — Он всех нас… Стоп! И все-таки ты кто такой?

— Кто-кто. Гость вот этой милой дамы, — я показал рукой на Римму. — Сын ее школьной подруги. Они за одной партой все десять лет просидели. Проездом в Москве, по просьбе любимой мамочки заскочил сюда, поклон передать и баночку кизилового домашнего варенья, а тут вон какое горе. В результате засиделись до темноты, а тут и вы пришли.

Хозяйка дома после слов про школьную подругу неожиданно выпрямилась и крайне недовольно глянула на меня. Похоже, я что-то сказал не так. Только что? Может, она не в школе училась, а в интернате? Или, к примеру, дома и экстерном?

— А я и поверил, — хохотнул Черемисин. — Сын школьной подруги, как же!

Римма замерла, словно суслик перед змеей, не отрывая взгляда от призрака, неспешно спускавшегося все ниже и ниже по лестнице. Николай, единственный из нас, кто его не видел, в свою очередь, внимательно следил за ней, его ладонь неторопливо обхватила рукоять ножа, притороченного к поясу.

— Ну ладно, ладно, — вздохнул я. — Раскусил ты меня, Толик. Мы с моим приятелем надумали прикупить твой бизнес. Ты помер, ее муж, царствие ему небесное, тоже, а сама Римма лесозаготовками заниматься не желает. У нее в планах значатся жизнь на природе, цветоводство, воспитание дочери и ожидание внуков.

— И снова врешь, — деловито заметил призрак, спустившись еще на одну ступеньку. — Из тебя бизнесмен как из моего хрена оратор. Я своих за километр чую.