— Что вдова?
— Адекватна, подавлена, показания дала, под подпиской о невыезде до окончания следствия автограф поставила без звука. Еще в доме какое-то время ошивался семейный адвокат, но потом, поняв, что его нанимательницу никто в острог волочь не собирается, куда-то уехал. Но это тоже в порядке вещей, у него горячие денечки начались. А нам подобное вообще на руку. Никто под ногами мешаться не будет. Ладно, сейчас докурю и пойдем. Да! Кличут вдову Римма Аркадьевна. Вот такое звучное имечко.
Прямо скажем, не очень обрадовалась нам вышеупомянутая Римма Аркадьевна, это было видно по ее выражению лица.
— Я уже дважды дала показания, — устало произнесла она, как только увидела удостоверение Николая. — Сколько можно? У меня горе. У меня муж умер. Давайте все опросы перенесем на завтра. А лучше — на послезавтра.
— Рады бы, да не можем. — Николай убрал документ в карман. — Позволите пройти?
— Прошу, — обреченно махнула рукой она. — Все равно не отстанете.
Была госпожа Петрова белокура, стройна и весьма привлекательна собой, но при этом пора яркого женского цветения у нее, бесспорно, давно осталась позади.
— Если желаете о чем-то спрашивать — начинайте, — сообщила она Нифонтову, раскрывая вместительный чемодан, положенный на прозрачный стеклянный столик. — Но уж извините, отвечать стану на ходу. И чаю тоже не предложу, не обессудьте.
— Жаль, я бы не отказался, — отозвался Николай. — А вы что, куда-то собираетесь? Насколько мне известно, вы вроде под подпиской о невыезде?
— Из Москвы я не уезжаю, — ответила ему вдова, убирая в чемодан стопку одежды, которую она взяла с дивана. И там еще несколько таких же осталось. — Но и вы поймите меня. Вчера в этом доме жило счастье. Сегодня же…
Она сухо всхлипнула, но тут же взяла себя в руки, глянула на красивые настенные часы и снова направилась к дивану, за очередной партией пожитков.
— Ну да, ну да, — покивал Николай. — Понимаю.
Не знаю, что он вкладывал в свои слова, а вот мне кое-что стало предельно ясно. Спешит вдова, стремится до темноты дом покинуть. Значит, предположения верны.
— Ничего не изменится, — сказал я и опустился в кресло, стоящее у стены. — Уедете вы из этого дома, нет — результат будет тот же. Он все равно придет за вами, Римма Аркадьевна. Придет и сделает то, что обещал.
— Кто придет? — женщину словно разряд тока пробил. — Вы о ком? Вы о чем? И еще, ваш товарищ представился и удостоверение показал. Вы — нет.
— Все верно. Видите ли, мой друг служит в полиции, а я нет, так откуда взяться удостоверению? Что до имени — меня зовут Александр. Очень рад знакомству.