Но скелет-то в шкафу все равно есть. Только вот понять бы, где этот шкаф стоит и как его дверцу приоткрыть.

А Николай тем временем общался с кем-то из офиса Петрова, причем, судя по недовольной роже, его перекидывали с линии на линию.

— Капитан Нифонтов, — рыкнул он в трубку в очередной раз. — Московская полиция. Мне надо пообщаться с Олегом Эдуардовичем. И не надо меня еще на кого-то переключать, ясно? Я не клиент вашей организации, а представитель власти. Чего? Когда? Понятно. А где он сейчас? Ясно. Спасибо.

Николай отнял трубку от уха, глубоко вздохнул и уставился на меня. Причем взгляд у него был довольно неприятный, такой оценивающе-задумчивый. И наводящий на нехорошие мысли.

— Да ладно? — первым нарушил молчание я. — Не может быть.

— Знаешь, Смолин, я, наверное, всем нашим скажу, чтобы они с тобой дела не имели больше. У тебя глаз черный и язык недобрый. Ты вот десять минут назад брякнул, что Петров в морге лежит с биркой на ноге, а он возьми да и в самом деле туда попади. Помер наш бизнесмен нынче ночью.

— Ой, как интересно! — даже взвизгнула от переполнявших ее эмоций Жанна, вольготно расположившаяся в салоне микроавтобуса. — Надо же! Саш, так ты пророк?

— Знаешь, Коля, ты на меня не наговаривай, — потребовал у оперативника я, не разделяя восторгов своей спутницы. — Это не сглаз и не пророчество. Это элементарная логика и знание предмета. Черемисин достаточно спокойно пережил тот факт, что дом, деньги и все остальное достались жене, к которой он при жизни, похоже, неплохо относился. Даже не побоюсь утверждать, что он ее любил. Но та выбесила призрак до крайности, продав долю в компании и тем самым заставив его перейти к жестким действиям. Бедолага эта про предательство не просто так упоминала. Скажу больше: это, скорее всего, даже не ее слова. Подсказать чьи?

— Причем предательство тут двойное, — кивнул, соглашаясь с моими словами Николай. — И жены, и друга. А почему ты думаешь, кстати, что он супругу любил?

— Так он же ее не убил, только вот до дурки довел. Да и то, скорее всего, у него подобное в планах не числилось.

— А может, он ее на сладкое оставил? — азартно заявила Жанна, вскочив с сиденья и переместившись поближе к нам. — Я бы так и сделала! Пусть сначала помучается!

— Не исключено, — на автомате согласился с ней я.

— Ты сейчас с кем говоришь? — немедленно насторожился Николай. — А?

— Так, мысли вслух, — заюлил я.

— Какие «мысли вслух»? — возмутился оперативник. — Ты кого лечишь? Кто с нами катается?

— Милая девушка, — поняв, что все равно спалился, признался я. — Жанна.