— Никогда ничем подобным не занималась.

— Все бывает в жизни в первый раз, — заверил ее Николай. — Главное, когда призрак за вас примется, беги в то место, которое тебе Паша укажет, когда вы на стройку зайдете. Именно туда и больше никуда, ясно?

— Не прозевать бы еще тот момент, когда за нас примутся, — проворчала Василиса. — Не люблю призраки, и тени из сумерек, самые поганые враги. Они тебя видят, ты их нет.

— А ты на меня смотри, ведьма, — посоветовал ей Пал Палыч. — И меня слушай. Сказал «стой», значит, остановись. Сказал «беги» — беги.

— Так с тебя станется меня этому призраку скормить, — резонно заметила Васька. — Ты нашу сестру сильно не любишь, чего стоит тебе меня угробить?

— Ты приехала с Сашкой, значит, за твою смерть нам придется отвечать перед ним, — пояснил оперативник. — А мне это не нужно. Мы неплохо ладим, и кое-какое общее прошлое у нас есть. Так что не в этот раз.

— Общее прошлое? — снова глянула на меня ведьма. — Ой, как интересно! А какое?

Отдельские не будут отдельскими, если, охотясь за одним зайцем, второго не подстрелят, а то еще и третьего не съедят. Теперь все ведьмы Москвы будут знать, что я с обитателями дома на Сухаревке дружбу вожу, да не простую, а тесную.

Нет, не скажу, что я прямо большую тайну из этого делаю, но все-таки так-то зачем?

— Самое время для того, чтобы сесть кружком и начать рассказывать друг другу истории о богах и героях, — съязвил Нифонтов. — Все, вперед. Паш, и поосторожней. Это тебе не Тит Титыч, который только языком метет, там та еще зверюга засела.

— И сторожа небось тоже, — добавила Василиса то ли в шутку, то ли всерьез. — Фиг его знает, кто хуже, особенно если они из бывших военных. У меня дед полковник в отставке, так я время, проведенное у него в детстве, как вспомню, так вздрогну.

— Никого тут нет, — отмахнулся Николай. — Это, если можно так сказать, черный ход. Тут здания, на которые еще нового застройщика не нашлось, не дошли до них руки. Грязь, неучтенные и никому не нужные стройматериалы да грязюка, вот и все, что тут есть. Да еще призрак неугомонный.

— Пошли, — велел Михеев ведьме и двинулся к воротам. — Значит, так, повторяю вводные, а ты мотай их на ус. Нет усов? Ничего, с годами вырастут, у вас, ведьм, это норма вещей. Так вот, когда подам знак, начнешь громко говорить о том, что Смелков… Да не «угу», а фамилию запомни — Смелков…

Парочка скрылась в наползавших на стройку сумерках, и их голоса довольно быстро пропали из зоны слышимости.

— Так, минут через пять придет наша очередь, — глянул на часы Николай. — Раньше соваться не стоит, не ровен час, эта сволочь нас приметит, тогда весь план коту под хвост.