— А почему не будет? — уточнил Илья Николаевич. — В чем проблема?

— Я использовал для него весь имеющийся у меня запас одного очень редкого корня, который достать не просто трудно, а почти невозможно, даже с учетом ваших связей и денег. Но и не это главное. Просто подобными вещами злоупотреблять крайне опасно в силу их природы. Последствия могут возникнуть нехорошие.

— То есть это наркотик? — уточнил Саша, тряхнув флаконом.

— Нет, не наркотик, — чуть раздраженно ответил я. — Одно с другим рядом не стояло. Как бы так объяснить, чтобы ты понял… С этим зельем организм начнет работать лучше, он получит новые силы, отдохнет от боли. Но, повторюсь, это не лекарство, важно о том помнить. Это — времянка, которая притормозит процесс, убивающий твоего шефа. И когда данный флакон покажет дно, организм Ильи Николаевича вернется к своему первоначальному состоянию. Само собой, он не может в этом случае не испытать некий стресс. Но он поскрипит, поворчит и начнет работать дальше. А вот если его таким образом убаюкивать больше нескольких месяцев, то может и отказать. Просто не сдюжит перехода от нового состояния к прежнему.

Разумеется, я врал. Как только зелье кончится, этого старого хрыча согнет так, что ни охнуть, ни вздохнуть. Но другого варианта все равно нет. Тем более что за это время наверняка можно будет что-то еще придумать в том случае, если Пухея не согласится помочь.

— Саша, никакой лаборатории, — приказал охраннику Носов. — Она половину содержимого изведет, прежде чем что-то скажет. Да и какой смысл нашему гостю меня морить? Он же прекрасно осознает, что залогом в данном случае выступает его голова. Верно же, Саша?

— Я — да, хоть мне это и не очень нравится. Ну да, не нравится. А чему вы удивляетесь? Давайте честно признаем: объективно у меня на то есть все основания. Непосредственно я работаю, трачу драгоценные ингредиенты, свое время, выслушиваю угрозы в свой адрес и адрес своих родителей от вот этого бравого парня, голову свою в залог, оказывается, ставлю, а в обмен что? Покуда в полной мере получаю только обещания и туманные перспективы. «Завтра, крайний — срок на днях» и так далее. Ну и еще чаем с печеньками вы меня напоили. Без обид, но какое-то неравноценное партнерство у нас с вами пока получается.

— Нехорошо говоришь, — нахмурился Илья Николаевич. — Недобро.

— Так это правда, а она всегда звучит неказисто. Как гвоздем по стеклу.

— Саша, накапай мне первую порцию зелья, — велел охраннику Носов. — Прямо сейчас.

— Одну минуту. — Саша подошел к столику, находящемуся возле окна, заставленному чайными принадлежностями, взял оттуда десертную ложку, натряс в нее семь капель из флакона и жестом предложил мне подойти к нему поближе. — Пейте, Александр Дмитриевич.