А тут вот накладка выходит. И главное, может, я все же вру? Может, не случится ничего после смерти — и моей, и вообще?

Но если — да? Если все же случится?

Да еще какие-то семь желаний. Та еще чушь несусветная.

Тут любой человек призадумается, будь он хоть десяти пядей во лбу. Кстати, лично я не согласился бы. Ни за что.

— Ладно, поеду домой, — я зевнул, прикрыв до того протянутой рукой рот. — Надо поспать хоть немного. День ожидается шумный, сложный, разъездов много. Опять же, надо Ольгу навестить, поговорить с ней. Авось на мой зов она и вернется.

— В морге навестить? — хитро сверкнул глазами Илья Николаевич.

— В клинике Вагнера, — поправил его я. — Соврал вам Паша Ряжский. Она не мертва, а в коме. Вот такой приятный нежданчик.

Все же есть у тебя нервы, старик. Есть. Вон бусинки пота на лбу выступили.

— Те семь желаний, что я буду должен, не должны касаться моего бизнеса, моей семьи и моей будущности, — размеренно произнес он, явно оценив демарш с информацией про Ряжскую. — Все мое останется моим.

— Хорошо, — согласился я. — Вот только я упоминал, что мне деньги могут понадобиться. Они же тоже ваши?

— С деньгами мы как-нибудь да разберемся.

— Да, вот еще что, — я кротко улыбнулся. — Если мне понадобится чья-то жизнь, вы не станете вместо этого рассказывать про любовь к ближнему?

— Разумеется нет, — старик протянул мне ладонь. — Этот вопрос решить еще проще, чем денежный.

— Тогда договорились, — наши ладони соприкоснулись. — А теперь мне бы домой поехать. Довезут меня ваши мальчики?

— Разумеется, — подтвердил Илья Николаевич. — Они в вашем распоряжении, Саша. Но я бы все же советовал остаться здесь. У меня в доме три гостевые спальни, выбирайте любую. И вам меньше суеты, и мне так спокойнее. Опять же, полный пансион.

— Да нет, я все же домой. И еще, не забудьте позвонить Ряжскому, уведомить его о том, что теперь я лицо неприкосновенное. Хорошо бы добавить пару слов про то, что моя смерть в принципе тождественна его самоубийству. Больно он товарищ пакостный.

— Разумеется, — кивнул старик. — Сейчас и наберу.

— Два ночи, — глянул я на экран смартфона. — Не поздновато? Хотя с учетом произошедших событий…

— Дрыхнет он, — уверенно заявил Илья Николаевич. — Уж поверьте. Сплавил жену к Вагнерам и сразу спать завалился. Паша — стопроцентный эгоцентрист, ему нет дела ни до кого, кроме себя. Но мне это как-то безразлично. Проснется как миленький. Что-то еще?

— Пожалуй, на этом все, — зябко повел плечами я. — Прохладно у вас как. А, нет, есть еще один вопрос, который, возможно, перейдет в просьбу. Скажем так, небольшой аванс. Скажите, а есть у вас возможность остановить строительство коттеджного поселка в дальнем Подмосковье? Там просто нацелились лес вырубать, болота осушать, животный мир весь распугали. Губят экологию. Жалко!