Адалан затянул шнурки, подхватил брошенный на скамью плащ и махнул рукой Сабаару.

— Идем, посмотрим вместе, что там за беда.

То ли солнце, скрытое тяжелыми обложными тучами, уже опустилось к горизонту, то ли тучи были так густы, что почти поглотили солнечный свет, но идти им пришлось уже в сумерках. Сабаар — чуть впереди, ссутулившийся и напряженный даже со спины, показывал дорогу. Плащ его был распахнут и хлопал на ветру, про капюшон он и вовсе забыл. Холодные дождевые струи свободно падали на макушку, стекали по косам, очерчивали бликами острый профиль. Приставать к такому с вопросами… да на него даже смотреть-то было боязно и зябко — хранители умеют нагонять жуть на людей, даже на самых близких.

Хотя сейчас Адалану и самому болтать не хотелось.

Хотелось понять, что же теперь делать? Нужно уберечь Ваджру от бездны, ведь от больной он не отступится… Значит, надо заставить ее жить, любить жизнь и всей душой желать этого несчастного младенца… но как? Как он убедит невежественную женщину, что ее суеверия — лишь миражи, ею же созданные? Как объяснит, что родиться Орсом — удача и великая честь, если сам ненавидит себя за это имя?!..

Тьма вопросов роилась в голове, а ответов не было. Оставалось лишь надеяться, что на месте решение придет само. А сейчас — плотнее кутаться в плащ и шлепать по лужам, стараясь не отставать.

На Вечноцветущей Сабаар обогнул фонтаны и, как ожидал Адалан, должен был выйти к Стреле Диатрена, но прошел дальше и свернул на другую улицу, гораздо уже, извилистой змеей ползущую вглубь густо застроенных городских кварталов. В этой части города Адалан еще не бывал и в другое время с любопытством бы глазел по сторонам. Но сейчас только и заметил, что добротную мостовую под ногами, да достаток живущих здесь людей. Дома, хоть и невеликие по размеру, блестели остекленными верандами и коваными решетками, прятались в ухоженные цветники. И все же это была улица ремесленников: справа мелькнула вывеска ювелира, а слева чуть впереди — мастерская краснодеревщика. С чего бы четвертому патриарху селиться среди трудового люда?..

Да какая разница?! Вечно ему все надо знать! Адалан снова разозлился. Славнейший Нарайн Орс пусть себе живет, где хочет — ему-то что? Его дело — закончить миссию, уехать и забыть все это как дурной сон.

Между тем Сабаар свернул к одному из домов, Адалан — следом. Ворота были открыты, из окон лился мягкий свет. Братец не стал церемониться, всего пару раз стукнул дверным молотком и, не дожидаясь ответа, вошел.

Через небольшую прихожую они вышли в зал, полный людей. Еще у ворот Адалан увидел паланкин и лошадей у коновязи, а в самих комнатах туда-сюда сновала прислуга, звучали голоса, хлопали двери. Хозяева тоже были тут: и сам избранник, и его секретарь Тайнин, и еще какие-то богато одетые мужчины и женщины из первородных. Славнейший Нарайн шагнул было навстречу, но одна из женщин его опередила: