— Я буду с тобой, — ответил Сабаар на незаданный вопрос. — Всегда.
— Вот и славно, — удовлетворенно закончил учитель. — Золотце, ты дороги не знаешь, так что туда портал открою я. Не до стен города, незачем народ смущать и будоражить, но несколько дней пути сберечь можно. А уж обратно ты сам справишься. Завтра утром будьте готовы, а сейчас — брысь, детвора. Старику попрактиковаться нужно, давно не путешествовал.
После известия о путешествии в Орбин остаток дня прошел как в тумане. Чтобы не оказаться невеждой перед лицом форума, Адалан усердно готовился к миссии: повторял свод важнейших законов республики, особенно тех, что касаются магов и магических практик; вспоминал, кто из патриархов какие государственные должности занимает и какими делами ведает — старался изо всех сил. Казалось бы, невеликая наука — запомнить не такой и большой кодекс логично увязанных норм и правил да пару-тройку десятков имен. Подумаешь! Он гораздо больше мог усвоить с первого прочтения, если это было необходимо. Но, видно, не в этот раз…
В этот раз сосредоточиться никак не удавалось, мысли с предмета изучения то и дело скатывались к его собственным волнениям и страхам. Вместо правовых закономерностей в памяти необыкновенно ярко всплывали картины раннего детства: школа невольников в доме почтеннейшего Нарайна Орса, злые старшие мальчишки с серебряными колечками в ноздре, гулкий коридор, череда классных комнат и спален. И в самом конце — крутая лестница в темный пыльный подвал… Отец не вспоминался. Зато как живой перед глазами вставал старик Борас, главный надсмотрщик школы, его ласковая улыбка и перемазанные в крови руки. От этих видений Адалан вздрагивал, тер ладонями глаза, повторяя про себя, что дед Бо мертв, три года назад Сабаар срубил ему голову, он сам видел. Да и разве он все еще дитя, чтобы бояться какого-то престарелого наемника-умгара! Он — магистр ордена Согласия, у него важное дело есть. Отбросив лишние мысли, он снова принимался за повторение. Так и просидел за книгами и письмами до позднего вечера, а утром с рассветом отправился под главные ворота замка, где был назначен сбор миссионеров.
Всего за одну ночь замковый сад переменился: нарядная листва тополей, кленов и ясеней почти полностью облетела. Только побуревшие дубовые листья все еще цеплялись за ветви да мрачно шелестели кронами сосны и самшиты. Небо еще было ясным, но порывистый ветер нес холод и запах близкого дождя. Адалан успел зайти в конюшню, выбрать и заседлать мерина из тех, что поспокойнее, и даже слегка продрогнуть, когда со стороны казарм крылатого гарнизона появились его товарищи по миссии и учитель Дайран вместе с ними.