Сам Адалан — маг, ему куда как проще: у него есть лаборатория, книги, скоро появятся ученики. И миры, еще не сотворенные, где-то поджидают своего вершителя. Полно дел! Слава богу, что познание, как и бездна беззакония, бесконечно и неисчерпаемо.
А женщины… да будут у него женщины! Сколько захочет, хоть сто, хоть каждую ночь разная… И, кстати, надо было спросить у Сабаара, пока не сбежал, где окно Виглаи. Дома ли она, одна ли? Ну да ладно, он узнает и сам. Или пурпурный плащ достался ему за синие глаза и золотые кудри?
Никогда еще Адалан не спал так сладко, как в эту ночь. Окутанный теплом девичьего тела, запахом страсти, хны и расплавленного воска, он мог бы спать бесконечно. Но утро началось с брякания выставляемой оконной рамы, а потом и вовсе вломилось в келью птичьим гамом, солнцем, резким ветром, разогнавшим и тепло, и запахи. Адалан проснулся, но вставать не спешил, лишь из-под полузакрытых век окинул взглядом комнату.
Виглая, гибкая, как молодая ветка акации, против света казалась темнее и тоньше, чем была на самом деле. Адалан думал, что смотреть на нее с утра будет стыдно. Но нет, стыда не было. Как не было и равнодушия: сегодня Виглая нравилась ему даже больше, чем вчера.
— Адалан, э-эй! Лан? — позвала она. — Не спишь? Просыпайся, пора.
Свет дробился радугой в ресницах, но все равно было видно, что она уже оделась. И не в орденскую белую тунику, а во что-то похожее на шаровары и длинную узкую рубаху. Черный шелк волос струился до самых ягодиц — красавица, да и только.
Творящие! Он и представить не мог, какое это счастье — вот так быть с женщиной. Он любил ее всю ночь, любил до изнеможения, до темноты в глазах… а потом уснул, и даже сквозь сон, казалось, чувствовал ее нежный взгляд, шепот, ее невесомые пальцы, разбирающие его волосы на тонкие длинные завитки.
Хотя… если сравнить с Кайле, проиграет во всем: слишком темная кожа, грудь как у подростка и ноги короткие. Бедра, правда, хороши, да … Он припомнил вчерашний танец, а за ним другой, который они пытались танцевать вместе, перед тем, как, неистово целуясь, свалились на кровать, и теплая томительная волна окатила с головы до ног.
Интересно, какова была ночь у Сабаара и Кайле?.. Нет, думать об этом сейчас явно не стоило — сладкая истома разом развеялась.
— Не сплю, — он сел и попробовал улыбнуться. Вышло, наверное, не слишком-то похоже и вряд ли кого-то обмануло.
— Вот, держи, пока не остыли, — она прямо на постель поставила плетеную корзинку с горячими пирожками. — Ради них с утра пораньше на кухню бегала.