— Уже скучаю по Атланте, — признался Август. — Там сейчас куда теплее.
Он чувствовал себя уже намного лучше, хотя слабость порой ещё накатывала. С корабля на пристань он спускался вполне уверенно, разве что пытался порой по привычке схватиться за поручни отсутствующей правой ладонью.
— Так может, обратно к пиратам? — хмыкнул Рейнольдс. — Там вообще жара. Говорят, полезно для здоровья.
— Спасибо, но воздержусь, — поморщился Август.
К грубоватости своего спутника он привыкнуть пока не смог, зато сошёлся с сопровождавшими их охранниками. Остальные работники компании двигались на другом корабле вместе с ценным грузом.
— И насчёт руки не беспокойся, — продолжал Рейнольдс. — Будет у тебя сильная стальная рука для рукопожатий и удержания пера. И за внешний вид не переживай. С твоей героической историей эта травма сделает тебя ещё привлекательнее в глазах женщин.
Август устало вздохнул, пытаясь внутренне примириться с мыслью, что Рейнольдс — его коллега, с которым предстоит взаимодействовать постоянно.
Колфилд встречал их у здания порта. Южанин курил и зыркал на проходящих людей, выискивая знакомое лицо Сэма, отчего случайные прохожие едва ли не шарахались в стороны. Колфилд к их реакции оставался безразличен, а увидев Рейнольдса, затушил недокуренную сигарету, бросил её на брусчатку и раздавил ногой.
— Сэм… — Колфилд глянул на Грина. — Мистер Грин.
— Чего это ты лично нас встречаешь? — отметил странность Сэм. — Случилось что?
— Случилось. В карете.
Рейнольдс удивился ещё больше.
— Что должно было случиться, чтобы принципиальный кавалерист Стэнфорд Калвертон Колфилд решился между конём и каретой выбрать последнюю?
Увидев недовольную гримасу Колфилда, Грин понял, что Рейнольдс своими шутками доводил всех, не делая исключений. А Стэн вместо ответа на вопрос сам спросил:
— Артур прислал какие-нибудь инструкции?
— Да, сейчас, — Август потянулся к внутреннему карману правой рукой, поморщился, извлёк конверт левой и протянул южанину. — Вот.
На ходу Стэн читать не стал. Карета ждала у самого порта, вокруг неё дежурили четверо вооружённых кавалеристов. Своим людям Колфилд бросил:
— Едем в офис.
После чего, пропустив Рейнольдса и Грина внутрь, запрыгнул сам. Карета сразу тронулась, Колфилд раскрыл письмо и погрузился в чтение.
— То есть ты сначала сказал, что случилось что-то важное, а теперь просто сидишь и читаешь, заставляя нас ждать? — возмутился Сэм.
— Бог учит нас смирению, Сэм. Терпение — одна из добродетелей. У тебя есть возможность её проявить.
Рейнольдс, не сдерживаясь в выражениях, послал Колфилда. Грин ожидал, что южанин ответит чем-то — хоть чем-нибудь. Но Стэн лишь ухмыльнулся.