Завтра уже начинаются консультации к экзаменам, правда они не обязательны, и я на них ходить не буду. Первый экзамен пройдет четвёртого июня — русский язык.
Утром меня разбудил не петух, а ор бати — с кем-то он там на улице ругался.
— Ба, а с кем он там? — спрашиваю у уже хозяйничающей старушки.
— Друг из тюрьмы вышел, приперся к нам пожить, — поясняет она и добавляет: — Да не пущу я его, хватит и одного алкаша в доме.
Выхожу во двор, осторожно выглядываю на улицу через калитку и вижу расхристанного мужика уже датого, ростом с отца, но худее.
— Валера, ты меня знаешь, и я тебя прошу — месячишко перекантуюсь, — пытался уговорить он.
— Тьфу, алкаш, — сказал батя, наконец зайдя в дом и, увидев моё невысказанное замечание, мол «сам такой», добавил: — Я хоть веду себя прилично.
Дзинь! Разбилось окно в сенях. Этот гад камень бросил, да так удачно!
— Урою щас, — недоуменно произнес отец и рывком выскочил на улицу.
Урывать не было никакой надобности — бывший сиделец сам упал и расфигачил себе рожу о камни. Да, что же такое! Деревня во всей своей красе.
Отец умотал на работу, его потенциальный собутыльник — искать себе приключения, а я решил прокатиться до Галины. Она работала в садике поварихой, что очень удобно — и дочка при ней, и сама там столуется, и часа в четыре, после приготовления полдника, уже уходит с работы.
Доехать до Галины не получилось — меня встретила Архарова по дороге. Вернее, я сам её заметил и лихача сделал круг вокруг неё на одном заднем колесе.
— Толик, привет! А я как раз к тебе иду домой! — изумила меня до остолбенения Верка.
— И зачем? — лихорадочно ворочая версии в башке, тупо спросил я.
— Вот хочу тебя к себе в гости позвать! — радостно сообщила мне она, увеличив количество версий вдвое.
— Да? — мой голос дал петуха.
— Ты не так понял, родителей дома нет…
— Я согласен! — сглатываю слюну, ведь у Верки не был в гостях ни я в своём прошлом теле, ни Штыба тем более.
— Дурак! На что согласен? Я ещё ничего не сказала! Может, я тебя хочу ноги заставить себе массажировать.
— Вера! Я и это умею, — немного краснея, сообщаю бывшей однокласснице.
— В мафию играть я тебя зову! Озабоченный! — обозлилась Верка.
— Я так и понял! Просто массаж ног не помешает игре, — остывая, сообщаю я, а сам думаю: — «И нафига мне это? Ведь Галка точно даст, а Верка — точно нет». Это Толик, сука!
— К одиннадцати приходи, бухло не тащи, родители потом мне голову оторвут, — почти сердито произнесла девушка.
— К одиннадцати? Ну, не знаю. А кто ещё будет?
— Кто будет, тот будет, — туманно поясняет Архарова. — А чего «не знаю»?