Потрогав забинтованную голову, я поняла, что болит она куда меньше, но закружилась, едва я попыталась встать. Пришедшая на обходе врач сказала, осмотрев меня:

— Лежать, не делать резких движений, ходить только в туалет и на перевязки.

— И долго лежать?

— Три дня минимум, — ответила она и пошла к другим больным. — А там посмотрим.

Три дня в этой палате, с запахом хлорки и клеенчатыми подушками... Ужас!

Я сходила с ума от скуки.

— Дашуля, — позвала меня Клавдия Петровна, когда я вернулась в палату после посещения стремного общего туалета. — А ты читать умеешь?

— Конечно, — ответила я.

— Тогда прочитай мне вслух, а то глаза старые, буквы расплываются.

Она протянула мне газету, по виду довольно свежую. Я взяла ее в руки и увидела название черными печатными буквами: «Правда».

Развернув газету, я почуяла резкий запах типографской краски. Покрутила ее в руках, с интересом рассматривая заголовки эпохи, в которую меня занесло по велению злой судьбы: «Советский народ уверенно идет к коммунизму!», «Новые победы социалистической промышленности», «Письмо товарищу Сталину от колхозников-ударников».

— Ну что там пишут? — нетерпеливо спросила Клавдия Петровна. — Какие новости? Пятилетка за три года будет али нет?

— Сейчас, сейчас… — ответила я.

Я перевернула газету, и вдруг увидела ее…

Дату

На первой полосе, в правом верхнем углу, сразу под названием стояла дата.

Среда, 4 января 1951 года.

— Да ладно, — прошептала я. — Это же что... совсем дремучий год, послевоенный?

Я едва не закричала, поняв, что попала в одну эпоху со Сталиным… Ужас!

Перечитала дату еще раз, надеясь, что ошиблась. Но нет: черным по серому: «Среда, 4 января 1951 год».

— Да ладно! — снова сказала я, совсем тихо.

Затем отложила газету и закрыла глаза.

В голове шумело, только уже не от боли. А от понимания… Нет, я конечно поняла, что нахожусь не в современно мире, но чтобы оказаться так далеко от всего, что любила и чем жила… 1951 год, подумать только! Да тогда даже мои родители еще не родились!

— Читай давай, Дашуля, —попросила Клавдия Петровна. — Чего пишут-то?

Я снова открыла глаза и посмотрела на первую полосу. Там было поздравление с Новым годом - текст, подписанный товарищем Сталиным.

«Дорогие товарищи! Граждане Советского Союза! Встречая Новый, 1951 год, мы подводим итоги великих дел, совершенных нашим народом...»

Я читала вслух под одобрительные кивки Клавдии Петровны и не верила своим глазам. Сталин, живой… Он настоящий и поздравляет с праздником!

— Голова болит? — спросила Клавдия Петровна, заметив мое замешательство. — Ну тогда не читай, полежи лучше. Вот я тоже дура старая, напрягаю девку, а у той ведь голова стряхнулась…