Глава 12
Страница 203 из 296
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 12

Страница 203

Самое неприятное таилось глубже. Между перевязками, горькими отварами и попытками заставить его соблюдать покой я перестала каждый раз мысленно добавлять: «временно». Его шаги за стеной больше не настораживали, скрип двери не заставлял хвататься за нож, а лишняя чашка на столе перестала казаться ошибкой. Я сдвинула её ближе к краю, потом обратно, будто от этого зависел порядок в доме. Объяснение находилось сразу: сложный пациент, долгий уход, усталость, привычка держать ситуацию под контролем. Но чем аккуратнее я раскладывала всё по этим полкам, тем сильнее раздражалась на себя. Ни одно объяснение не отменяло главного: он уйдёт, и дом после него станет слишком тихим.

Часть 3. Купальня

Следующее утро началось с рынка и затянулось куда сильнее, чем я рассчитывала. Эмма сначала всучила мне корзинку с горячими пирожками, потом долго выпытывала причины моей усталости и напоследок добавила к покупкам банку черничного варенья. По её глубокому убеждению, половина человеческих болезней лечилась сытным обедом, а вторая — долгим отдыхом. Нам удалось переговорить наедине, и я открыла ей правду. Эмма поняла опасность сразу. Теперь она изо всех сил оберегала меня и намеренно путала Руту, подбрасывая ложные версии, лишь бы слухи о Дроу не расползлись по Вальгарду. Из её сбивчивого рассказа выходило, что Рута уже поспорила с Элной на яблочный пирог, доказывая, будто мой постоялец — сбежавший с корабля матрос. Прежняя версия Руты об опальном наёмнике окончательно зашла в тупик. Кузнец Ранек, тоже посвящённый в происходящее, в эти глупые споры не лез, но хмуро приглядывал за соседями, готовый пресечь лишние расспросы.

К вечеру день вытянул из меня последние силы. Рынок, пирожки Эммы и её тревожные расспросы ещё успели показаться почти отдыхом, но потом началось настоящее. Старая госпожа Хельда решила, что умирает, хотя на деле просто объелась жирной копчёной рыбой вопреки всем моим запретам. Затем Ранек в кузнице рассёк ладонь, и мне пришлось срочно останавливать кровотечение. Потом потянулись женщины с простуженными детьми. К закату я чувствовала себя выжатой до звона в костях. На улицах уже зажигались редкие масляные фонари, торговцы с грохотом закрывали ставни, а из гавани тянуло солью, мокрыми канатами и холодной сыростью. Хотелось только одного — бадью горячей воды и тишины.

Когда я вернулась во двор уже в сумерках, сразу поняла, что дома не одна: из полуоткрытой двери приземистой купальни валил густой белый пар. Дроу занял её раньше меня. Значит, пока я весь день бегала по рынку, домам пациентов и лавкам, он распоряжался собственными силами так, будто рана была досадной мелочью. К концу лечения он окреп настолько, чтобы мыться без моей помощи, но радоваться этому я не спешила: после кровопотери, долгой слабости и дневной нагрузки горячая вода могла стать ловушкой не хуже раны.

назадназад
1 ... 201 202 203 204 205 ... 296
впередвперед