Глава 3. Война
Страница 16 из 109
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 3. Война

Страница 16

Казак рядом со мной охнул и сел в снег, держась за плечо.

Я выстрелил. Курок был взведён, спуск пошёл легко, и наган дёрнулся в руке, как живой. Пуля ударила в плетень в метре от японца, выбив щепу. Он даже не обернулся. Он перемахнул через плетень и побежал вниз, в овраг.

И я побежал за ним.

Я бежал потому, что японец, прыгая через плетень, что-то уронил. Маленький тёмный свёрток. Я подобрал его на бегу, сунул в карман шинели и побежал дальше. В овраг после недавнего снегопада намело по колено. Шашка била меня по ногам. Где-то позади кричал Кречетов: «Аркаша, назад! Аркаша!»

Овраг вёл вниз, к ручью. Японец бежал быстро, но снег был глубокий, и он вяз. Я бежал медленнее, но у меня были длинные ноги поручика Лунина, и эти ноги умели бегать по снегу лучше, чем я сам.

У ручья он обернулся и выстрелил. Пуля свистнула у самого уха — я впервые в жизни услышал, как свистит пуля, и звук был противный, как у комара размером с ворону. Я упал в снег. Он выстрелил ещё. Щёлкнуло вхолостую. Патроны кончились.

Он отбросил револьвер и выхватил нож. Короткий, прямой, с деревянной рукоятью. Присел, как кошка, и ждал.

Я встал. Наган в моей руке смотрел на него. Он смотрел на наган. Потом посмотрел мне в лицо и, кажется, понял, что я не выстрелю. Не потому что не хочу. Потому что не умею стрелять в человека, который стоит в трёх шагах и смотрит тебе в глаза.

Он прыгнул.

Я выстрелил — поздно. Пуля ушла в снег. Он ударил ножом, и я отшатнулся. Лезвие прорезало рукав шинели и мундира и обожгло мне руку. Не глубоко. Я почувствовал, как по предплечью потекло тёплое.

Мы упали в снег вместе. Он сверху. Он был лёгкий, но твёрдый, как деревяшка, и он знал, куда бить. Он ударил меня локтем в лицо, и в глазах потемнело. Нож снова поднялся.

У человека на шее, с каждой стороны, под углом нижней челюсти, есть место, где сонная артерия раздваивается. Там, в стенке артерии, сидят рецепторы, которые следят за давлением. Каротидный синус. Если по нему сильно ударить, сердце на секунду решает, что давление выросло, и сбрасывает обороты. Человек теряет сознание. Иногда — навсегда. Нас учили этому на кафедре, когда разбирали внезапные смерти в драках. Студенты называют это «выключатель».

Я ударил ребром ладони. Не глядя, на память, туда, где у всех людей на земле, хоть японцев, хоть русских, лежит этот проклятый синус.

Он обмяк. Нож выпал из пальцев. Он упал на меня лицом, и я почувствовал на своей щеке его дыхание. Живой. Слава богу, живой.

Я лежал в снегу под японским шпионом, с разрезанной рукой и разбитым носом, и смеялся. Не мог остановиться. Десять лет я изучал, как люди умирают от этого удара. Первый раз в жизни я им кого-то спас. Себя.

назадназад
1 ... 14 15 16 17 18 ... 109
впередвперед