— Ну же, за встречу! Или сильно брезгуешь, с бывшим Истребителем за одним столом сидеть?

Разозлившись, Госпожа решительно шагнула вперед. Дерзко вырвала стакан из рук Фомы, смело отхлебнула, крякнула. Крепкая, зараза!

Но не успела толком распробовать вкус, как проклятый Лисовский выкинул очередной фортель. Резко подавшись вперед, навис над Госпожой и вкрадчиво прошептал:

— Не будем особо тянуть, сразу к делу. У меня к тебе вопрос, дорогуша. Как ты смотришь на то, чтобы перехитрить нашего обожаемого Императора? И заодно весь этот гребаный турнир к чертям разнести?

Госпожа подавилась на полуглотке, закашлялась. Вытаращилась на собеседника, хватая ртом воздух:

— Ты совсем двинулся, Лисовский⁈ Какое еще разнести⁈ Ты о чем вообще⁈

Тот лишь глумливо осклабился, неторопливо потягивая вино:

— Да все о том же, подруга. О Черном солнце. Вот скажи, ты в курсе, что эта хреновина — самый что ни на есть древний артефакт, созданный Безумным Богом?

Госпожа непонимающе моргнула:

— Э-э-э… В смысле? Разве ж оно не великая драгоценность? Вершина магических технологий, все дела? Я думала…

— Ага, как же! — фыркнул Фома, закатив глаза. — Вранье все это! Ни хрена подобного! Ушлые царедворцы напели государю песенок про Черное солнце, обманули его. А он поверил и турнир этот устроил… самоубийственный.

Госпожа нахмурилась:

— Погоди, я что-то не догоняю… А при чем тут турнир тогда? И вообще, с чего ты так уверен, что Государь… гм… обманывается? Может ты сгущаешь краски, а, Лисовский?

Фома, не меняясь в лице, отставил стакан. Неторопливо стянул перчатку с левой кисти, демонстративно растопырил пальцы прямо перед носом Госпожи. И та только диву далась — вся ладонь пестрела светящимися письменами, переливающимися всеми оттенками багрянца!

— Как думаешь, откуда это? — прошелестел Фома, прищурясь. — Уж поверь, не татуировки на мальчишнике набивал! Это все Черное солнце, дорогуша! Я с ним лично контачил, прочувствовал на собственной шкуре всю его «прелесть»! И скажу тебе — ничего хорошего нас не ждет, если эта пакость попадет не в те руки!

Госпожа сглотнула, не отрывая взгляда от мерцающих символов. Воистину, жуткое зрелище! Даже отсюда веяло чем-то зловещим и могильно-холодным!

— И… что ты предлагаешь? — осторожно спросила она, подавив дрожь в голосе. — Раз уж затеял этот разговор…

Лисовский кривовато ухмыльнулся:

— Все просто, как пять копеек, подруга. Помоги мне уничтожить Черное солнце. Вместе мы справимся, и поверь — не пожалеешь! Отведем великую беду, спасем мир, можно сказать! Заодно и Государю глаза откроем на подпевал вокруг трона. Понимаешь, о чем толкую?