Ее яркость буквально пробуждала желание воспользоваться этой ночью для решения важных и судьбоносных дел, или же оставаться просто в молчании, влюбляясь в вечные тайны природной красоты.

Каждое облако под лунными лучами словно окуналось в золотую радугу, заставляя забыть о красоте всех драгоценных камней мира.

Под такой луной, в тихой и спокойной обстановке, одинокая фигура стояла на возвышенности строения, обдуваемая ветром, желая хоть ненадолго забыть о земных заботах и наслаждаться бесконечным течением времени. Полы его балахона, мягко шелестя, колыхались словно призрачная дымка в ночи.

Такой красоты не было уже много веков.

Луна светила словно таинственный объект, который притягивал внимание ко всему, что происходило вокруг, и делал облик города намного ярче и богаче.

Кирилл с семью послушниками атаковал поместье Пьетри.

Проникнув на территорию поместья, они тихо убрали охрану. Собак усыпили дротиками со снадобьем.

Войдя в само здание, Кирилл словно тень скользнул через громоздкую залу и буквально взлетев по ступеням уже стоял перед массивными дубовыми дверями спальни Хозяина. Где-то на соседней улице завыл пес. За дверями послышалась матерная брань.

— Воет он…. По свою душу вой. Тупая псина!

Дверь открылась тихо. Как в комнату проник нежданный гость, Пьетри не заметил.

Мужчина стоял со свечой в руках у массивного стола, сплошь заваленного различными свитками и листами бумаги, и вглядывался в ночную мглу сквозь полупрозрачные шторы. Его вид говорил о том, что он уже был готов отойти ко сну, но внезапный вой соседской псины его слегка задержал.

— Красивая луна, — тихо произнес Кирилл, глядя в спину Пьетри.

Мужчина вздрогнул.

— Это мой конец, да? — спросил он не оборачиваясь.

— Возможно. Но если бы мне была нужна твоя жизнь, ты был бы уже мертв.

— Понимаю. Я могу дать то, что тебе нужно в обмен на свою жизнь?

— Возможно.

Ворн вошел в город уже поздней ночью. Николот спал, создавая видимость безмятежности. Но в недрах его происходили события, меняющие ход истории.

— И где же тебя носило? — хмуро спросил Кардинал, сидевший за столом, не отрываясь от рукописной карты подземных ходов.

— Заблудился немного, — пожал плечами парень.

— Ты принес то, за чем я тебя посылал?

— Конечно, — сдвинув в сторону карту, Ворн водрузил на стол увесистую пыльную сумку и принялся вынимать из нее содержимое, раскладывая перед Кардиналом. — Прости, мне пришлось кое-чем воспользоваться. Дорога оказалась немного… веселенькой, — хмыкнул он.

Кардинал мельком скользнул взглядом по вещам, коротко кивнул и вновь взял в руки карту. Бровь Ворна изогнулась в недоумении.