Вернулись оба спустя четверть часа. Хмурые.

— Так, братцы! — обратился капитан к своим товарищам. — Помните, что учинил Гриндольф на стоянке у острова? — моряки дружно загудели, закивали головами. — Так вот… — капитан сосредоточенно пожевал нижнюю губу, подбирая нужные слова. — Вот там, — указал он в сторону Звезды, — несколько вот таких одержимых. А может, и не таких. Может, и еще хуже. Сколько именно их там, мы не знаем. Может, один. А может, и десяток. Или два десятка. Я хочу, чтобы вы понимали, с чем нам там придется столкнуться. На свет они не пойдут. Боятся они света. А до ночи ждать, чтобы их выманить наверх, мы не сможем.

— Кэп, — обратился помощник, — Не думаю, что он еще долго продержится. Не больше чем до полудня. Чтобы там ни было, а груз…

— Да, груз. Ты прав. Груз еще на месте. И нам нужно его взять. Вы согласны с этим⁈

— Да!

— Да!

— Согласны!

— Порвем демонов!

— Ну вот, — капитан ухмыльнулся, глядя на Кирилла. — А ты мне не поверил. Моих парней не напугать какими-то там демонами. Справятся они. Вас не зову. Это мое дело. Так что не бойтесь за свои шкуры. Вы в безопасности. Обождете тут, покуда мы не вернемся.

Борг вопросительно взглянул на Кирилла. Кардинал чуть заметно кивнул. Ворн и Гриня тоже кивнули.

Капитан развернулся, собираясь отдать команду, но Кирилл придержал его за плечо.

— Не спеши, Рауд. Мы с вами пойдем, — капитан вскинулся ответить, но Кирилл его перебил. — На вашу добычу мы не претендуем. У меня там свои интересы.

— Какие у тебя интересы? — заинтересовался капитан и вперился взглядом с прищуром. — Всё, что на борту — моё.

— Научные.

— А… — понимающе кивнул капитан. — Ну если так, то я не против. Добрые клинки лишними не бывают.

И, развернувшись, тут же заорал своим бойцам:

— Ну⁈ Чего встали, как девицы в брачную ночь⁈ Вперед! На абордаж!

— Смертью пахнет, — рядом с Ворном спрыгнул на палубу один из моряков и деловито так повел носом, показывая Ворну свое превосходство и крутость бывалого рубаки.

— Кровью и дерьмом тут пахнет, — буркнул Ворн, настороженно осматриваясь.

— А разве это не одно и то же? — усмехнулся вояка.

— Романтик хренов, — хмыкнул Ворн.

Обрывки парусов, канаты, раскиданные и перепутанные, деревянные щепы. И пятна крови. Несмотря на штормовую «уборку» пятна цепко вгрызлись в выскобленные добела доски. Ошметки пеньки. Из вороха мокрого хлама торчала человеческая нога. Рядом валялась голова, а чуть в стороне — синяя лента кишков.

— Что тут, черт возьми, произошло? — озадаченно пробасил стоящий рядом с Ворном «романтик». — Ты только глянь: их словно жерновом перемололи.