Милочки, я аж запарилась с этой праздничной суматохой, а вдобавок ввалился мистер Арнольд, ему не терпится дорисовать портрет. Кстати, звонил догадайтесь кто – Роджер! – он в Бовингтоне, напросился в гости на выходные. До того расстроился, что вы за границей, – ему никто не сказал. По мне, он стал гораздо обходительней, а был такой надутый. И произведен в капитаны! Я просто не знала, чем бы его занять, и пригласила на ужин дочку Дрейтона с братом, получилось чудесно. Билли вконец разжирел, старый Том говорит, это трава виновата, и я попросила дочку Д. пару раз проехаться на нем, надеюсь, вы не против…
Я заглянул в конец. Подписано: «Мама». Жюли состроила гримаску:
– Извиняюсь.
Протянула еще три письма. Первое, очевидно, от школьной коллеги – сплетни о знакомых, об учебных мероприятиях. Второе – от подруги, которая подписывалась «Клэр». Третье – для Джун, из лондонского банка, с уведомлением, что «перечисленные 100 фунтов стерлингов» получены 31 мая. Я запомнил обратный адрес: банк Баркли, Ингландс-лейн, Лондон С.-З. III. Управляющего звали П. Дж. Фирн.
– И вот.
Ее паспорт. Мисс Дж. Н. Холмс.
– Что значит «Н»?
– Нилсон. Фамилия предков по материнской линии.
На развороте рядом с фотографией были указаны анкетные данные. «Профессия: учитель. Дата рождения: 16.01.1929. Место рождения: Уинчестер».
– Отец ваш в Уинчестере служил?
– Старшим преподавателем в тамошней классической школе.
«Страна проживания: Англия. Рост: 5 ф. 8 д. Глаза: серые. Волосы: русые. Особые приметы: на левом запястье шрам (имеет сестру-двойняшку)». Внизу страницы – образец подписи: аккуратный наклонный почерк. Я заглянул на листки с заграничными визами. Прошлым летом дважды была во Франции, один раз – в Италии. Разрешение на въезд в Грецию выдано в апреле; отметка о въезде от 2 мая, через Афины. В прошлом году в Грецию не ездила. 2 мая, повторил я про себя; значит, он уже тогда начал готовиться.
– В каком колледже вы учились?
– В Джертоне.
– Вы должны знать старую мисс Уэйнрайт. Доктора Уэйнрайт.
– По Джертону?
– Знаток Чосера. Из Ленгленда. – Она потупилась, потом, слабо улыбаясь, подняла голову: ее на мякине не проведешь. – Простите. Ладно, вы учились в Джертоне. А работали где?
Она назвала известную женскую классическую школу в Северном Лондоне.
– Что-то не верится.
– Почему?
– Не престижно.
– Я за престижем не гналась. Хотела жить в Лондоне. – Ткнула пальцем в рисунок платья. – Не думайте, что это мой стиль.
– Зачем вам нужно было в Лондон?
– В Кембридже мы с Джун участвовали во множестве спектаклей. У нас обеих была работа, но…