Обращался я и в столичные театральные агентства. Трижды мне показывали фотографии двойняшек, всякий раз – не тех. У Бермена и других костюмеров мне повезло не больше. В «Тавистоке» «Лисистрата» ни разу не ставилась. Королевская театральная академия была бессильна мне помочь. Все, что я вынес из моих блужданий (причем каждый запрос требовал новых вымышленных предлогов), – это запоздалое и завистливое восхищение близнецами, так мастерски умевшими врать.
Во всей этой выдумке с «Жюли Холмс» была одна ключевая хитрость. Людям, чей жизненный путь сходен с нашим, трудно не доверять. Она училась в Кембридже, я – в Оксфорде и так далее.
«Отелло», акт I, сцена 3.
…Она погублена, погибла, Ее сманили силой, увели Заклятьем, наговорами, дурманом. Она умна, здорова, не слепа И не могла бы не понять ошибки. Но это чернокнижье, колдовство!
И далее:
Шагнуть боялась, скромница, тихоня, И вдруг, гляди, откуда что взялось? Все побоку – природа, стыд, приличье. Влюбилась в то, на что смотреть нельзя! [127]
Легендарная шлюха Ио. Ламприер [128] : «В древней варварской традиции Ио и Гио означали землю, в то время как Изи или Иза – лед или воду как первичную стихию; и то и другое – имена богини, воплощавшей земное плодородие». Индийская Кали, сирийская Астарта (Астарот), египетская Изида и греческая Ио, как полагают, одна и та же богиня. Ее цвета (в зале суда они преобладали) – белый, красный и черный: фазы Луны и периоды жизни женщины (девушка, мать, старуха). Лилия была, несомненно, богиней белого, девственного периода; возможно, и черного тоже. Розу предназначали для красного; но потом эту роль взяла на себя Алисон.
Киностудия «Полим». И как я сразу не заметил эту букву, переставленную из конца в начало?
Тартар. Чем больше я читал, тем определеннее Бурани – особенно на заключительной стадии – отождествлялся для меня с Тартаром. Там правил царь Гадес (Кончис); царица Персефона, носительница разрушения (Лилия) – «шесть месяцев в году она пребывала с Гадесом в царстве мертвых, а шесть – на земле, со своей матерью Деметрой». Был в Тартаре и высший судия – Минос (бородатый председатель?); и, конечно, Анубис-Цербер, черный пес с тремя головами (три обличья?). Именно в Тартар спустилась Эвридика, разлученная с Орфеем.
Сознавая, что роль сыщика, охотника не слишком достойна, я наводил справки с некоторой прохладцей. Но внезапно одна, причем отнюдь не самая убедительная, версия принесла существенные результаты.
71
А что, если Кончис и в самом деле провел детство в Лондоне, а в Сент-Джонс-Вуд действительно жила некая Лилия Монтгомери? Убежденный, что гипотеза не подтвердится, как-то в понедельник я тем не менее отправился в Марилебонскую центральную библиотеку и заказал адресные книги 1912–1914 годов. Фамилия Кончис в них, конечно, не значится; а Монтгомери? Экейше-роуд, Принц-Альберт-роуд, Хенстридж-плейс, Куинс-гроув… Сверяясь с алфавитным перечнем фамилий, я исследовал все подходящие улицы к востоку от Веллингтон-роуд. И вдруг в глаза мне бросилась строчка: «Монтгомери, Фредк, Эллитсен-роуд, 20».