Леший пока не добрался даже до моста, но шел слишком уж уверенно для обычной прогулки. И к тому же то и дело опускался на четвереньки и тыкался мордой в асфальт. Вынюхивал следы… И вряд ли отыскать нас по ним так уж трудно: в этом мире вряд ли осталось что-то похожее на запах ботинок и кожаной портупеи а уж кровь, которая пропитала мою форму чуть ли не насквозь, тварь наверняка учует и за километр.
— Может, я его прямо отсюда поджарю, Владимир Петрович? — хищно поинтересовался цесаревич. — Близко — не промахнусь.
Изрядный выброс энергии Таланта… в мир, где этой самой энергии и так хоть отбавляй, а отдельно взятые представителе — вроде гигантского летуна — наверняка только на ней и передвигаются. На другой чаше весов — вероятность встретиться во дворе с зеленой гориллой-переростком, имея из оружия только перочинный ножик.
Так себе математика.
— Разрешаю, — буркнул я. — Только осторожно и без…
Договорить я не успел. Его высочеству явно не терпелось пустить в ход родовой Талант, и оконный проем на мгновение озарила вспышка света. Огненная полоса пробежала по мосту, вспарывая асфальт и разбрасывая во все стороны мелкую крошку. Леший не успел даже пикнуть. И, скорее всего, так и не понял, что его убило, прежде чем рухнул рассеченный на две аккуратные дымящиеся половинки.
А за ним свалился и цесаревич.
— Черт… — простонал он, зажимая лицо ладонями. — Глаза!!!
Все-таки я не зря осторожничал: мир щедро делился с нами дармовой энергией, но в конце концов она все-таки сыграла с нами злую шутку. Родовой Талант нажрался ею от пуза, и гаубицы в черепушке его высочества — судя по оплавленной неровной прорези на асфальте за мостом — пальнули вчетверо мощнее. Но и глазам пришлось несладко: даже наделенное изрядным запасом прочности тело Владеющего попросту не было рассчитано на такие нагрузки… Это как пропустить ток в пару сотен ампер через сигнальный провод с крохотным сечением: полетят искры, контакты обуглятся, а изоляция тут же расплавится от мгновенно взлетевшей температуры.
Хорошо, если вообще не полыхнет.
— Ваше высочество! — Я склонился над скорчившемся на полу цесаревичем. — Дайте взглянут… И умоляю вас, тише! Не хватало нам тут еще и Упырей.
Мне лишь на мгновение удалось царственную руку от лица, но и хватило и этого. На деле все оказалось не так уж и плохо. Белок покраснел от полопавшихся сосудов чуть ли не целиком, но радужка и зрачок как будто уцелели, и второй глаз наверняка выглядел не хуже. По перепачканным щекам щедро струились слезы, однако за зрение можно было не переживать. Талант Владеющего, хоть и со скрипом, все же смог «переварить» запредельную местную мощность.