— Так вы поверили ведьме? — я присела на крышку пианино рядом с Данькой.

Вероника, притихшая на время прелюдии, протестующе пискнула.

— Не сразу, — «пчела» не обратил на неё внимания. — Сначала мы решили, что это предсмертный бред. Но когда ведьма умерла, в её вещах мы нашли карту. Старый набросок странного места — несколько домов, название города, и всё. Она говорила, что ещё остались нетронутыми… места силы. Места, где хранятся… пути к родовым источникам — к тем самым, стародавними отнятым. И, открывая источник, погружаясь в него… словно проклятье снимаешь. Возвращаются отнятые возможности — все до единой.

— Но зачем? — я недоверчиво смотрела на Семёна. — Зачем стародавним было хранить их?

— А я думал, вы спросите, зачем мы пошли за силой, — он усмехнулся. — У меня нет ответа на ваш вопрос. Может, это изначальный шантаж: мол, будете послушными, будете мирно жить с людьми и помогать нам, вернём достойным силу. А остальные поймут, к чему стремиться и на кого равняться.

— Но началась охота на ведьм? — предположила я.

— Или она карты спутала, — кивнул «пчела», — или изначально не планировалось ничего возвращать. Мы ведь об этом забыли . Да и вы, ведьмы, не знали. Наверняка даже в ваших сказках о стародавнем волшебстве нечисти нет ни слова. Его стёрли изо всех хроник. И остались лишь единицы тех, кто не забыл, — это ключницы, стражи древних схронов. Одной из них и была наша ведьма.

— Значит, и проверили — и поверили…

— Не сразу, — повторил Семён и сморщился: — Но, ей-богу, Злата, я очень об этом жалею. И о том, что друзей подключил. Сначала это было… развлечение. Приключение с поиском клада. А схрон оказался правдой. Как и источники. А мы… А вот мы оказались к этой правде не готовы. Молодые, дурные… слабые. Рядом с высшими — почти люди. Конечно, нам захотелось… попробовать.

Он поджал губы и замолчал. Вероника, сопя и пыхтя, возилась в капкане, силилась вырваться, но не складывалось. Данька слушал внимательно, но бдительности не терял.

— Сколько? — я прервала молчание. — Сколько вас было… первых? Кто коснулся источников?

— Немного. Пара «пчёл», пара «рыб» да «змея» эта, — Семён кивнул на притихшую Веронику, — рядом крутилась и пронюхала. А потом…

У меня внутри всё сжалось. У низших же обычно огромные семьи… Это во времена стародавних нечисть считалась только собственно нечистью — опасными нелюдями, подлежащими тотальному истреблению. Когда постоянные войны зашли в тупик, и ведьмы с нечистью подписали договор… Тогда, видимо, нечисть и согласилась поменять силу на жизнь рода и цивилизованное обитание. А после её численность возросла многократно. Мы следили за соотношением людей и нечисти в каждом жилом пункте: по договору на сотню людей полагалась одна нечисть, и последние во многих городах-миллиониках не всегда целиком выбирали квоту. Хотя плодились…