Я глотнула чаю и добавила:
— А Ужкин муж — наблюдатель. Он много лет в разведке — ищет по архивам семьи с даром, отслеживает, в ком странная сила проснётся. Подозреваю, это он Анюту откопал и ко мне отправил, пока её дар не заметили те, кто… с «медузами», пока рядом тёрлись исполнители попроще. Он Русю лет пять не видел. А Ужка всё ждет, что он однажды вернётся. И боится, что не успеет вернуться.
— Ужка… — приятель хмыкнул. — Почему?
— По фэншую, — я улыбнулась. — Это маленькая и безобидная с виду змейка. Но змейка — это всё-таки змейка.
— Вы специально себе такие прозвища подбираете?
— Нет, наблюдатели начали. С Ехидны, если ты о ней слышал. А мы подхватили. Многим из нас удобнее прятаться за прозвищами, чем за именами. Если встретишь отступницу с именем, то знай: она потомственная, из семьи отступников. А все пришлые — кто из Круга сбежал, кто от наблюдателей, — все под прозвищами и обычно змеиными.
Спрашивать, откуда я, Илья не стал — давно знал, что не скажу.
Допив чай и вяло прислушавшись к разговору, я поняла: сейчас усну. А у меня ещё дела.
— Илюх, будь другом, не трогай меня завтра. Совсем. Я последние лет семь в постоянном шухере и не помню, когда спокойно спала. Если заскучаешь, попроси Русю показать наш заповедник — там живёт нечисть, безобидная для людей, но подлежащая истреблению по старым наблюдательско-ведьмовским спискам. И будет тебе счастье. А я дико хочу выспаться.
Он понятливо кивнул.
Я пожелала всем доброй ночи и, прихватив рюкзак, ушла в свою комнату. Достала «пейджер» и устроилась за столом. Для начала написала бабе Любе — добрались, отбились и снова добрались, а потом — своему начальству. Вкратце описала наш с Аней эпичный побег и сообщила, что снова в строю. Одной ногой, но к подвигам готова. И попросила вернуть меня к старым делам, пока этим не занялся серьёзно ушлый Удавкин внук. О его деле я тоже написала, и будет забавно, если начальство заинтересуется и даст добро. И даже посоветует половить безымянного на живца — на меня то есть.
Кстати, если постараться, можно наши с Илюхой дела состыковать — нам ведь необходимо одно и то же существо. Для разных исследований и отчётов, но тем не менее. Правда, я совершенно не умею работать в паре… Да и находиться рядом со мной опасно.
Очень.
Волшебство сохраняется только до тех пор,
пока тебе ничего не надо.
Эрих Мария Ремарк «Тени в раю»
Утро началось, хвала дару, позже обычного, но всё-таки с побудки. В доме, где живут дети, сон есть, только пока они спят. А уж если дитё проснулось и заскучало…
Руся разбудила меня, шумно плюхнувшись с потолка на постель.