Глава 3. Чужое лицо
Страница 9 из 117
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 3. Чужое лицо

Страница 9

Сквозь толпу студентов ко мне проталкивалась девушка, высокая, плотная, румяная, с толстой русой косой до пояса. Она расталкивала синие кафтаны локтями, как ледокол льдины, и кто-то обиженно ойкнул.

— Агнюша! — закричала она. — Агнюша, живая!

Прежде чем я успела что-то сказать, она сгребла меня в охапку так, что хрустнули рёбра, молодые, крепкие и совершенно здоровые. От неё пахло хлебом и дымом.

— Я думала, ты померла, — прошептала она мне в волосы и всхлипнула. — Ты как упала, как побелела вся, я думала, всё, не дышишь...

«Ты не ошиблась, девочка, — подумала я. — Твоя Агнюша и правда не дышит».

Вслух я ничего не сказала, только неловко погладила её по широкой спине чужой тонкой рукой с красной ниткой на запястье.

Агнюша, значит. Ну что ж, будем Агнюшей.

* Проктор — в Царской Академии Правды наставник, надзирающий за порядком и дисциплиной студентов. На дисциплинарном совете он ведёт допрос провинившегося, записывает его ответы в протокол и докладывает совету, какое наказание следует по Уставу.

Глава 3. Чужое лицо

Девушку с косой звали Любава, но выяснила я это не сразу и не напрямую.

Первые десять минут она тащила меня через двор под локоть, как держат пьяного родственника на свадьбе, и говорила без остановки, а я слушала. За сорок лет на судейском месте учишься молчать: люди сами всё расскажут, особенно если волнуются.

— ...а Ветлугин-то, Ветлугин! — тараторила она. — Аж позеленел весь! А Фёдор Лукич как на руку свою смотрел, ты видала? Будто его камень за палец тяпнул. Ой, Агнюша, я ж думала, всё, конец тебе. Думала, отправят тебя в Вешняки коров пасти, а меня с кем селить? С Прасковьей? Она храпит, Агнюша, как медведь в берлоге. Я лучше в конюшне спать буду.

— Любава, — сказала я наугад.

Она не удивилась и только крепче прижала мою руку. Угадала, значит, имя есть.

— Чего?

— Я, кажется, ударилась о камень. Голова как чужая.

Чистая правда: голова была чужая, как и всё остальное.

Любава остановилась посреди двора и встревоженно на меня посмотрела круглыми голубыми глазами. Такие честные глаза бывают у людей, совершенно не умеющих врать. Таких свидетелей я любила, с ними работы на пять минут.

— Сильно? Тошнит? У Мирошки с третьего курса тоже так было, его в прошлом году на Алатыре за драку трясли. Он неделю ложку в руке не держал и мать родную не узнавал. Потом прошло.

— Вот и у меня, наверное, так, — с облегчением согласилась я. Кто бы ты ни был, Мирошка, спасибо тебе за готовую легенду. — Я многое не помню. Ты мне поможешь?

— Да я тебя на руках донесу! — заявила Любава и, кажется, всерьёз прикинула, не поднять ли меня прямо сейчас.

назадназад
1 ... 7 8 9 10 11 ... 117
впередвперед