— Мой папочка меня спасёт!

Анжела с Потапом растерянно переглянулись. Поменявшееся настроение поддержала Максим, бросила надувной мяч в лоб сестре. Диана соскочила на пол, схватила мячик и погналась за Макс. Они громко смеялись, носились по второму этажу, хлопая дверями, швырялись чем попало: всякие мягкие мишки и зайцы, мотоциклетный шлем и рапиры с масками, и даже бас-гитара валялись на ковровой дорожке. Потом бой перешёл на кухню, после чего глазам предстала картина, будто прошлась снежно-сахарная буря: стол, стулья, диван, ящики и люстра припорошены мукой и сахарным песком и всё посыпано чёрным и красным перцем.

Около дверей в ресторан Анжела дюже странно поприветствовала Богдана: как обычно, поцеловала в щеку, как-то странно улыбнулась, секунду поразмышляла, развернула его подбородок и губами коснулась рта, и ещё секунду мыслями побродила в голове, затем несколько раз звонко чмокнула в губы. Богдан оторопел, взглянул на друга и пожал плечами, раскинул ладони, закричал жестом: а я тут при чём⁈ Потап немного покраснел. Он, конечно, не особо ревнивый, но такое Анжелика вытворила впервые. Да ещё при нём и дочерях. По мимике Богдана было видно, что ему тоже чрезвычайно неприятны действия Анжелы. Правда, Потап, как только увидел друга, вышедшего из двери автомобиля, определил его состояние — мрачнее мрака. Богдан даже не поздоровался своим приветствием — обычно он обнимал за плечи, слегка стукал боком головы о голову и хлопал ладонью по шее.

Это был маленький ресторанчик на восемь столов с тяжёлыми зелёными скатертями и одинокими высокими свечами в хрустальных подсвечниках. Кухня простая — оладьи с красной икрой, картошка с мясом в казанках, котлеты по-домашнему и даже винегрет. Когда подошла официантка, Богдан расширил глаза, как будто подавился и не мог сглотнуть, молча отвернулся к окну, доверяя другу сделать заказ. Какого-то веселья не получалось, все сидели с мрачными лицами, тщательно пережёвывали пищу, иногда перекидывались словцом. Не этого хотел Потап: раз решили отдохнуть, то, значит, отдохнуть. Несмотря на всю странную дрянь, которая происходит в последние дни.

Потап не расспрашивал друга, как провёл ночь с Алисой, у них это не заведено. Но хоть что-то интересного рассказать про новую молодую женщину он должен. В перерывах жевания мяса Богдан лишь окидывал всех вымученной тоскливой улыбкой и вновь замыкался в думах. От человека, который когда-то в клубах на рингах бился без правил не из-за денег, но ради удовольствия, всех его женщин можно посылать на конкурс «Мисс Вселенная», а денег хватит на несколько жизней, такой хандры Потап не видел. Не влюбился же он в Алису — безумно. Никого Богдан долго не любил. Вообще — не любил. Только наслаждался красотой.