2

А самый первый раз — первый день из проклятой цепочки был десять лет назад. Римма была помешана на этом чёртовом дне Валентина. За месяц до этого она познакомилась с высоким накачанным красавцем. Шла с корпоратива, на своём авто не поехала, была прилично пьяна, но на такси не поехала — захотелось пройтись пешком. Ей только исполнилось девятнадцать. Постоянного сто́ящего ухажёра у неё не было, за которым как за каменной стеной. А тут — чуть ли не двухметровый мачо вышел из «лексуса» и столкнулся с ней, едва не снёс с тротуара. Чёрная блестящая кожа куртки в свете фонаря, лёгкая небритость, широко расставленные проницательные улыбающиеся глаза, словно видящие мысли; снежок, срывающийся с небес, и одарившая искренностью улыбка плюс алкоголь собрали для неё образ и влюбили с первого взгляда.

— Дэвид, — представился он.

Римма переспросила:

— Не Давид?

— Нет, Дэвид, — ответил он.

От этого имени душа её визжала, аплодируя. Ведь Копперфильд тоже Дэвид, а она его обожала.

Дэвид указал рукой в сторону на мраморные ступени и пригласил зайти в Макдональдс. Римма, не раздумывая, согласилась. Он много интересного ей рассказал про подводное плавание, про клады, пещеры, неизведанные подземелья и подземные города. Они долго гуляли по вечернему городу, пили пиво. И как-то получилось, что оказались у подъезда её дома. Римма ждала, когда он хоть разок её поцелует или сделает попытку, но он как-то медлил. Или не желал. И когда пришло время расставаться, она предложила подняться к ней.

— Не сейчас, — ответил Дэвид, и вместо поцелуя на прощание, провёл пальцем по её губам. Он занёс её номер в свой мобильный телефон, обещал позвонить и растворился в ночной снежной пурге.

Римма тоскливо проводила его взглядом.

— Не позвонит. Слишком хорош.

На прикроватной тумбочке задребезжал мобильник, ползая по матовой поверхности. Римма недовольно, ленивым движением смела телефон и поднесла к сонным глазам. На дисплее эсэмэска: «В день Валентина обещаю полюбить тебя». Сон снесло адреналином. Римма подскочила на кровати. Не верилось! Она несколько раз прочла вслух и радостно запищала. Правда, немного омрачал вопрос: до этого дня они ни разу не встретятся? Но уже вечером они сидели в ресторане французской кухни и пили сухое красное вино. Дэвид подарил ей громадный букет белых лилий и кроваво-алых роз. А когда расставались, нацепил ей на грудь золотой кулон с её знаком зодиака, окружённым девятнадцатью мелкими бриллиантами. И вновь он растворился в темноте ночи как призрак. Римма долго сидела на кровати и рассматривала под светом ночника ювелирный подарок. Она ему не говорила сколько ей лет и какой месяц у дня рождения. И такое нужно было успеть заказать и сделать. Создавалось ощущение, что он заранее приготовил — изготовил кулон. Так, возможно, знакомство было не случайным?