Я медленно обернулась.
Глеб стоял в нескольких шагах от меня и смотрел так, будто тоже не был уверен, что увидел именно меня. Почти за три года он почти не изменился. Все тот же открытый взгляд, легкая улыбка и привычка чуть склонять голову, когда происходило что-то неожиданное.
Сейчас неожиданностью была я.
– Глеб?
Его улыбка стала шире.
– Все-таки ты.
– А ты ожидал увидеть кого-то другого?
– В тот момент, когда окликнул, уже начал сомневаться.
Он подошел ближе, и я сама шагнула ему навстречу.
Я никогда не злилась на Глеба. Он не обещал мне ничего, не обвинял и не исчезал. Он был другом Максима, но рядом с ним всегда оставался собой. Легким, добрым и удивительно внимательным к людям, которых считал близкими.
– Привет, – сказала я.
– Привет.
На секунду мы неловко замерли, а потом Глеб осторожно обнял меня. Без напряжения, без скрытого вопроса. Так, словно действительно был рад встрече.
Я обняла его в ответ.
– Не верится, – произнес он, отступая. – Сколько времени прошло.
– Много.
– Ты совсем пропала.
– Я никуда не пропадала. Жила там же, работала там же.
– Значит, это я плохо искал.
– А ты искал?
Он усмехнулся.
– Несколько раз собирался позвонить. Потом решил, что ты вряд ли обрадуешься человеку, который напомнит о...
Глеб оборвал фразу.
Я не стала помогать ему закончить.
– Я рада тебя видеть, – сказала честно.
Он внимательно посмотрел на меня, будто проверяя, не говорю ли из вежливости.
– Правда?
– Правда. Ты мне ничего плохого не сделал.
– Уже неплохо.
– Не зазнавайся.
Глеб рассмеялся, и на несколько секунд все стало почти простым. Мы стояли посреди торгового центра, вокруг проходили люди, звучала музыка из магазина, а за стеклом продолжал ездить по кругу маленький поезд.
– Ты хорошо выглядишь, – сказал он.
– Спасибо.
– Нет, правда. Совсем другая.
– Старше?
– Увереннее.
– Это вежливый ответ.
– Я умею быть вежливым.
– Не помню такого.
Он хотел что-то ответить, но за моей спиной раздались быстрые шаги.
– Мама!
Я обернулась.
Саша бежал ко мне от витрины, придерживая одной рукой съехавшие на нос очки. Он, видимо, заметил незнакомого мужчину рядом со мной и решил, что разговор длится слишком долго.
– Осторожно, – успела сказать я.
Саша остановился передо мной, снял очки, крепко зажал их в руке и обхватил мою ногу. Потом развернулся к Глебу и встал чуть впереди, заслоняя меня собой.
Так мог защищать только двухлетний ребенок: едва доставая взрослому до колена, но совершенно уверенный, что этого достаточно.
– Ты кто? – серьезно спросил он.
Улыбка исчезла с лица Глеба.
Он смотрел на Сашу, не моргая.
Сначала на темные волосы. Потом на глаза. На упрямо сжатые губы и нахмуренные брови.