— И что я тут должен понять?

— А я ебу? Вот тебе бумаги.

— Я просил выяснить, крысил Венсент или нет.

— И как мне это узнать, если ты сам запретил мне его трогать?

Данте тяжело вздохнул, взял папку, пролистал её и минут пять изучал, скривился и тяжело вздохнул.

— Я ему такие бабки предложил, что он просто не может крысить. Управляющий дохера получает, но понимаешь, у меня чуйка. Что-то неспокойно. А отвечать за него мне. И бухгалтера отца я не могу привлекать по таким вопросам. Если что-то есть, он быстро найдёт, но мать её, моя репутация к чёрту.

— Можно? — спрашиваю я.

Данте перевёл взгляд на меня. Я протянула руку и забрала папку с документами. Данте смотрит с недоверием, потом встаёт, подсаживается ко мне на диван. Вот только мне эта близость совсем не нравится.

— Ты в этом понимаешь что-то?

— Что-то все мы понимаем, — бурчу в ответ на его вопрос, — Дай мне немного времени.

— Сколько? — спрашивает парень.

— Ты слишком напористый. Я посмотрю для начала, а ты меня отвлекаешь постоянно. Как в таком положении вообще можно сосредоточиться на цифрах?

От Дарио послышался смешок, от Данте — громкий вздох.

— Я могу отойти и не мешать тебе, но если ты быстро справишься, я подожду.

— Иди уже куда угодно. Минут двадцать мне дай спокойных.

Данте встаёт, нажимает на брелок, замок двери щёлкает. Дарио откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.

— А ты со мной, — командует Данте. Блондин встаёт и идёт за Данте, — Витали, я закрою. Сиди спокойно, к тебе никто не войдёт.

Смотрю на Данте и стараюсь понять: это угроза или забота? По тону его не понять. «Никто не войдёт и не поможет» или «никто не побеспокоит». Но второе — это вряд ли. Учитывая, сколько он мне всего наговорил. Но вот если я найду что-то, он же сможет мне помочь с Гаспаром. Я даже не спрошу его, я потребую оплаты. Ладно, ладно, размечталась — попрошу и буду надеяться.

У мамы был небольшой магазин, и я часто принимала продукты. Иногда вела первичную бухгалтерию, потом мою работу перепроверяли, но мисс Вальда очень много рассказывала мне интересных приёмчиков. Тут, насколько я поняла из документов и их разговора, надо проверить управляющего. Крысятничество — это воровство, об этом всем известно. Так что задачу я поняла из их разговора.

Минут двадцать я изучала документы. Вальда всегда мне говорила, что воруют не на крупных, а на мелких покупках. Но Венсент — не знаю, что за человек, — жадность его от месяца к месяцу растёт. Алкогольные напитки, которые в клубе продаются и используются постоянно, начали просто бить все рекорды. Смутило меня в основном то, сколько уходит на кухню и цена закупки. Те же самые напитки можно купить в супермаркете втрое дешевле. Не спорю, может, тут какой-то супер-мега-пупер-класс, но фирма напитков та же, что и в маркете. И это очень странно. Дальше беру ведомость с зарплатами танцовщиц и понимаю, что я делаю что-то не то. Да я в кофейне получаю за двадцать смен столько же, сколько девочки за ночь. Страшно представить, может, они не только танцуют. Но эти мысли я гоню прочь и ругаю себя за то, что позволила себе плохо думать о девушках. Они красивые, а я как змеюка завидую им.