Данте ставит меня на ноги, хватает — как он любит — под плечо и тащит за собой. А я как игрушечная кукла, ничего не понимаю и ничего не могу сделать, тащусь следом за хозяйкой.
Идём по тёмному коридору, совершенно не понимаю куда, музыка громыхает, при этом понимаю, что Данте прекрасно тут ориентируется.
— Да постой ты! Оставь меня! Куда ты меня тащишь? Я сейчас закричу! — я ругаюсь на него, но он будто не слышит ничего.
Поднимаемся по узкой лестнице на второй этаж. Сюда нам по любому нельзя — это служебные помещения. Данте тащит меня дальше, пока не останавливается перед дверью, открывает её и чуть ли не заталкивает внутрь. Так, надо осмотреться и найти, чем его стукнуть. Хотя это дело бессмысленное — я видела, как он уделал парня, но всё же за себя я буду биться.
Данте с грохотом закрывает дверь, хватает меня снова за предплечье, подводит к чёрному кожаному дивану и с размаху садит, надавливая на плечи. Сам отходит к большому окну, стоит спиной ко мне, руки убрал в карманы брюк. Я сижу, боюсь шелохнуться. Проходит пять минут, десять, я осматриваюсь. Комната довольно большая, по периметру стоят кожаные диваны. Стены чёрные с граффити кислотных цветов. Одна из стен — стеклянное панорамное окно, вид из которого выходит прямо на весь зал клуба. Время от времени лазерная подсветка проникает сквозь окно, танцуя на стенах. Данте сегодня таким впервые вижу. Во-первых, он в чёрных брюках и чёрной рубашке. Тут музыка не так сильно слышна. По спине Данте вижу, что он напряжён.
Данте закуривает сигарету. А я всё жду. Что ему от меня надо? Я уже поняла, что он тут работает и может находиться где угодно. Но я-то тут что делаю?
— А зачем ты меня сюда привёл? — спрашиваю я, стараясь сделать строгий голос и вразумить его, но выходит плохо, и голос как у козлёнка бекающего.
— Молчи.
Я замолкаю, сижу, пялюсь на свои колени. Ну вот, что я тут делаю? Меня девчонки сейчас потеряют. Надо уходить.
— Я пойду, наверное, — снова начинаю говорить, но Данте только достаёт из кармана брелок и нажимает кнопку, и я слышу, как замок на двери щёлкает. Это ещё что за номер?
Данте докуривает сигарету, тушит в пепельнице, идёт в мою сторону. Я в диван вжалась. Что он интересно подумал? Надеюсь, бить не будет. Да и за что?
Данте садится на тот же диван, на котором сижу я, разваливается, облокотившись спиной, смотрит на меня просто ледяным взглядом.
— Вот скажи мне, я всё понять не могу: ты убогая или всё-таки долбанутая на всю голову?
О, новый виток оскорблений подъехал. А что ещё можно ожидать от этого психа? Мне совершенно это не нравится, но он постоянно так со мной разговаривает.