Смотрю и как будто снова всё это переживаю. Все их удары снова проходят по мне и снова приносят боль.
Гаспар убирает телефон в карман, по его лицу вижу, что он доволен результатом.
— Ну что, Аллегра, хочешь, чтобы это видео разошлось по всему университету? Ты пойми, я тебя даже жалел тогда, я же не бил, только снимал. А теперь, если ты не выполнишь то, о чём я тебя прошу, ты столкнёшься с новыми издевками, и длиться это будет ближайшие пять лет.
Я замерла. Гаспар впихивает свою тетрадь мне в руки. Сжимаю её, и мне так хочется швырнуть её обратно, но он надавил на самую больную клавишу моей жизни. Рука трясётся.
— А ну, пошли, поговорим, — меня хватают за руку под плечо и тащат за собой. А я в таком шоке от слов Гаспара, что даже не понимаю, кто это.
Смотрю на того, кто меня схватил, и понимаю, что это Данте Каррера. Ну вот, приехали, теперь меня вдвоём бить будут. А кто хуже — я даже и не знаю. Гаспар умеет унижать, Данте умеет бить.
— Эй! Я с ней разговаривал! — громко кричит Гаспар.
Данте хмурится, разворачивается, всё ещё держа мою руку под плечом, а я бегу вокруг него, как будто мы танцуем, и он меня крутит вокруг себя.
— Ты со мной? — спрашивает Данте, смотря на Гаспара как на мусор.
— Да. У неё моя тетрадь, — говорит Гаспар.
— Эта? — Данте выхватывает из моих рук тетрадь и показывает её Гаспару.
— Да.
Данте швыряет её в сторону Гаспара, тетрадь падает на землю.
— Съебался, — рявкает Данте, разворачивает меня, я снова оббегаю полукругом вокруг него, и он тащит меня в сторону парковки, словно я кукла тряпичная.
А главное — я шелохнуться боюсь.
Шаги у него просто огромные. Я всё ещё в шоке после просмотра видео, стараюсь идти, но получается, что бегу рядом с ним. Меня куда-то тащат, а я дышать не могу. Ничего не могу. Да что я им всем сделала? Я не хочу, чтобы это видео видел кто-либо. Это ужасно. Никак не могу понять только одной вещи — как такое может кого-то забавлять? Никогда в голову не приходило мысли кого-то обидеть. Как можно сначала избить, снять на камеру, а потом пересматривать. Это неестественно, неправильно. Это просто ненормально и никак не должно нравиться нормальному человеку.
Я даже не заметила, как мы пришли на парковку и остановились у чёрного джипа. В себя меня привёл хлопок от закрывающегося багажника.
— Убогая, проснись, — говорит Данте и щёлкает пальцами перед моим лицом, а я на месте подпрыгиваю.
— Ты меня с кем-то перепутал, — выдаю я.
Он не мог меня узнать, видел один раз и то мельком.
— Ты считаешь, что я умственно отсталый? Или что переоделась, очки нацепила — я тебя не узнал? Я что, конченный?