Очень смешно, «маловато», а как по мне — так слишком много.
— А ты не пойдешь к ним? — Зачем? Я под горячую руку попадать не хочу. Поверь, Данте сам справится, не маленький. — Это все из-за меня. Надо было сделать, как мама говорила, и забыть.
Дарио поперхнулся дымом и закашлялся.
— Малая, ты эту хуйню при Данте не ляпни. Из-за тебя, — смеется Дарио, — из-за тебя только мой мозг страдает. Десять дней ходил, срывался на мне. — Данте? — Не я же. Он тебя теперь в обиду не даст, а ты начни привыкать к его, так сказать, заботе, чтобы это, блядь, не значило в его понимании. — Дарио, а можно вопрос задать? — Попробуй, — Дарио докурил, выбросил окурок, закрыл окно и включил обогрев автомобиля. — А Данте кто?
Дарио поднял взгляд на меня, ухмыльнулся.
— Хороший вопрос. Правильный. Только я не отвечу. Сама что думаешь?
Я пожимаю плечами. Я много чего думаю.
— Не знаю. Я же дочка полицейского, у него охрана, он очень серьезный и жестокий иногда. У меня сразу в голове, что он бандит.
Дарио начинает смеяться.
— Ну, что ты смеешься надо мной, это привычка, много общалась с полицейскими, а там моментально все бандитами кажутся, — объясняюсь я, — А он точно не пострадает? Может, ему помощь понадобится. Те люди ему смогут помочь? Скажи, что смогут. — Хорошо, одно скажу о Данте: он участвовал в боях без правил ради адреналина, когда скучно было. Поверь, он точно не пострадает. А вот те уебки получат свое.
Водительская дверь открывается, Дарио выходит, уступая место.
— Быстро закончил, — говорит Дарио.
Данте садится за руль, отдает ключи от своей машины Дарио и закрывает дверь. Лицо напряженное, на меня даже не смотрит, откидывается на сиденье, закрывает глаза, на ощупь достает из кармана сигареты и прикуривает. Все его спортивки испачканы в крови. Что сказать — не знаю, но понимаю, что должна что-то сделать. Вижу руку Данте — костяшки сбиты, кладу ладонь на его руку. Данте замирает.
— Я волновалась.
Данте выкидывает сигарету, берет меня за талию и пересаживает себе на колени, обвивает руками, крепко сжимая, носом закапывается в моих волосах. А я так рада, что с ним все в порядке. Обнимаю его за шею. Что ж, я ему столько неприятностей приношу.
— Тебя не тронули? — Меня нет, и тебя больше никто не тронет. Моя.
Домой мы добрались за пару часов. Данте даже не стал в свою машину пересаживаться. По дороге я немного задремала. День вышел слишком насыщенный. Проснулась, когда заехали на заправку: Дарио на машине Данте и еще два черных внедорожника , в которых сидели те мужчины, что вошли в холл.
Данте совершенно без эмоций, полностью сосредоточен на дороге. На одном из перекрестков Дарио посигналил, прощаясь, и уехал.