Я даже не знаю, как реагировать на его слова. Во-первых, он меня впервые не назвал убогой или долбанутой, а назвал «хорошей девочкой»; во-вторых, он что, решил меня обезопасить? Что в его воспалённом мозгу творится? Я его совершенно не понимаю.
— Ты понимаешь, что после твоего сообщения мне просто жизни не будет в универе? Для тебя все игрушки да приколы, а мне что делать? Ты псих больной, — я отворачиваюсь от него, стараюсь вырвать свою руку, но он не отпускает, — Данте, я постирала твои вещи, и ты можешь их забрать. Хочешь, я их завтра принесу в универ сама.
— Я отвезу тебя домой и заберу свою сумку, — жёстко отвечает мне Данте.
Как же меня бесит его командный голос. А главное — я тут сидеть не собираюсь.
— Да что же ты за человек? Я танцевать пришла с девчонками, а не тут сидеть с тобой и скучать.
— Ты точно долбанутая, раз такое говоришь. Натанцевалась уже. Я прекрасно видел, как ты там крутилась и возле тебя терлись уебки, — злобно говорит Данте.
Что за идиотская у нас с ним беседа. Я вещи постирала, погладила, а он меня к девчонкам не отпускает. Как будто я его младшая сестра, с которой попросили посидеть. Но я взрослая, совершеннолетняя и самодостаточная личность.
— Я с Деборой пришла и танцевала с ней.
— А чулки тоже для подруги надела. Может, у меня повылазило — давай проверим, — злобно говорит Данте и дёргает край моего платья вверх, открывая вид на чулки. Бью ему по рукам, оттягивая край платья вниз, прикрываясь.
— Ты больной! Ненормальный! Просто отпусти меня и всё. Я просто не ношу колготки. Никогда, — выпалила я. Его бровь подскочила вверх, глаза потемнели — странная реакция на мои слова, и я стараюсь сменить тему, — Да и что ты ко мне прицепился? Знала бы тогда, что так выйдет, просто забрала бы стаканчик и выбросила.
— Ну наконец-то до тебя дошло, что спорить бесполезно.
Я отворачиваюсь, руки скрещивая на груди.
— С тобой рядом находиться опасно. Потому что ты псих.
— Ты точно долбанутая. Ты меня совсем не боишься? Ты же видела, что я делаю с людьми, которые меня бесят. Да твою блондинистую голову и белую рубашку я быстро заметил. Так ответь мне, Аллегра Витали, ты меня не боишься? — спрашивает Данте, ближе придвигаясь ко мне. Я отодвигаюсь от него, он ближе, я дальше, по итогу упираюсь в подлокотник дивана, а Данте прижимается, давя на меня своим телом.
— Отпусти меня, я правда никому не скажу, что там видела, и жаловаться на тебя не стану. Ты же не плохой парень, нормальный. Отпусти. Просто так нельзя вообще поступать, и хватать нельзя людей, грубить тоже, конечно, нельзя.