Была уже полночь, когда дон Рикардо спустился в библиотеку. Он запер Пенелопу на ключ в бывшей комнате Хасинты и категорически запретил кому-либо из родственников или слуг входить к ней. Из своей комнаты Хорхе слышал, как отец с кем-то говорил внизу. На рассвете пришел доктор. Сеньор Алдайя проводил его в спальню Пенелопы и ждал за дверью, пока врач осматривал ее. Закончив, тот кивнул, получил свой гонорар и удалился. Хорхе слышал, как отец предупредил доктора, что если тот осмелится с кем-нибудь обсуждать случившееся в их доме, он лично позаботится о том, чтобы навсегда испортить его репутацию и лишить права заниматься медициной. Даже Хорхе понимал, что это означало.
Хорхе сказал, что очень беспокоится о Пенелопе и Хулиане. Он никогда прежде не видел отца в таком гневе. Даже принимая во внимание проступок, совершенный любовниками, он никак не мог понять масштабы этой дикой ярости. Должно быть что-то еще, думал он, что-то более серьезное. Дон Рикардо распорядился, чтобы Хулиана выгнали из школы Святого Габриеля, и связался с его отцом, шляпных дел мастером, с тем чтобы сообщить ему, что его сын немедленно отправляется в армию. Микель, узнав об этом, понял, что не сможет сказать Хулиану правду. Если он расскажет ему, что дон Рикардо Алдайя держит Пенелопу под замком и что она беременна, Хулиан никогда не сядет в этот поезд до Парижа. Микель также понимал, что остаться в Барселоне было для его друга равносильно смерти. Именно поэтому он принял решение солгать ему и отправить в Париж, не рассказав о случившемся и заверив, что Пенелопа рано или поздно приедет к нему. Прощаясь с Хулианом в тот день на вокзале, он хотел верить, что не все еще потеряно.
Несколько дней спустя, когда выяснилось, что Хулиан исчез, разверзлись врата ада. У дона Рикардо Алдайя от бешенства шла пена изо рта. Он поставил на ноги все полицейское управление, чтобы отыскать и схватить беглеца. Безуспешно. Тогда он обвинил шляпника в нарушении договора и пригрозил окончательно разорить его. Ничего не понимавший шляпник, в свою очередь, обвинил супругу в организации побега их негодяя сына и пообещал навсегда выгнать ее из дома. Никому и в голову не пришло, что все это было делом рук Микеля Молинера. Никому, кроме Хорхе Алдайя, который еще через две недели явился к нему домой. Его уже не переполняли страх и беспокойство, как несколько дней назад. Теперь это был совсем другой Хорхе, повзрослевший и лишенный прежней наивности. Что бы ни скрывалось за гневом отца, Хорхе все узнал. Причину своего визита он изложил очень коротко: он знал, что Микель помог Хулиану скрыться. Хорхе объявил, что отныне они не могут оставаться друзьями, что он не желает впредь его видеть, и пригрозил убить его, если Микель расскажет кому-нибудь о случившемся в их доме две недели назад.