Сидели мы долго, утихомирились ближе к полуночи — хотя, конечно, без горячительного. Думаю, мне ещё не раз придётся объяснять, что колдуны не пьют спиртное… Я бы, в принципе, не отказался от «энергетика», но где ж его тут взять!
Разговор, тем не менее, шёл хорошо. Стас явно обрадовался новому человеку — и так уже вижу, что поговорить он любит, а тут новые уши, которые готовы его выслушать…
Сам я рассказывал мало, в основном то, что и так все знают — про рутинную работу, заправку плиток и холодильников, сопровождение работ… А вот слушал в оба уха. Собеседник мой особых тайн не рассказывал — а может, и не знал, но вот некая картина того, как живёт Гидрострой, у меня сложилась. Пригодится.
Как бы между делом поинтересовался — а что интересного есть к северу от Гидростроя? И, помимо рассказа о брошенных деревнях — причём у меня создалось ощущение, что Стас сам там и не бывал, а просто пересказывает услышанное, — выяснилось: к северу, примерно километрах в трёх, есть железнодорожная станция Северные Ворота. Никакие поезда, конечно, никуда не ходят, но добраться туда можно, хотя, по словам Стаса, делать там нечего — всё заброшено, да и звери забредают…
Ну что, уже кое-какая информация. Мог Андреев прийти оттуда? Вполне мог. Есть ли другие станции в том направлении — кто знает. Теперь, когда знаю хотя бы название, можно расспрашивать других более предметно. Да, и Лёху тоже.
Воистину, любитель поговорить — находка для того, кто готов слушать.
Уже перед сном, когда собирался идти чистить зубы, я вспомнил про нож. Вымыть надо сразу, вдруг завтра нужно будет что-то порезать, тот же хлеб. Захватив трофей вместе с умывальными принадлежностями, я бросил его на раковину, умылся, попутно оценив в плохоньком зеркале над раковиной синяки под глазами, почистил зубы и, намылив тряпочку, стал драить лезвие. С ножа уже бежала абсолютно чистая вода, когда я случайно задел им по пальцу левой руки. Блин!
Сунув царапину под холодную воду, чтобы быстрее остановить кровь — лезвие всё же исключительно острое, — я потянулся, чтобы положить нож… и увидел, как за остриём, на котором виднелась капля крови, потянулся светлый след, словно нож резал воздух, будто тот твёрдый…
Я опять проснулся до будильника и долго лежал, изучая потолок. Стас похрапывал на кровати.
Нож. Что это было?
Вчера я разбираться не стал — не стоит браться за подобное уставшим. Убедился, что кровь не идёт, сполоснул нож, прошёлся и по нему, и по пальцу дезинфицирующим колдовством и убрал клинок в ножны. Отложим до спокойной обстановки: в конце концов нож — это просто предмет, из ножен он сам не выскочит и на меня не набросится.