Ну да, «провалившийся», несомненно. Даже говор характерный, нагловатый — не знаю, давно он тут или нет, но явно ещё «не пообтесался». Или не пообтесали.
— Ну и как вам у нас? — тускло улыбнувшись, поинтересовался Лёха.
— Честно? — усмехнулся стриженый. — Скучновато. Но что поделаешь, каждому своё…
У него были очень странные глаза — один карий, другой зелёный, я ни разу такого раньше не встречал. Может, колдун? Очень уж уверенно держится без оружия, да ещё и хамит. Нет, вряд ли колдун, я уже понял бы по ауре — уж кого-кого, но колдунов я видел много и даже практиковался на однокурсниках.
— Живёте в Гидрострое или ещё где? — не поддавался на провокации Андреев.
— Да я сюда только на рынок захожу, — расплывчато ответил хлыщ. — Люблю, знаете ли, блошиные рынки в таких вот местах… Иногда интересные вещички попадаются.
Может, он тянет из фляги какую-то алхимическую дрянь? Знаю, кое-где её готовят, и, говорят, у бандитов встречается. Не исключено, что и в город контрабандой попадает — торговцев в рыночный день на КПП проверяют не тотально. Потому и неадекватный. Или как?
А вообще, Лёха был прав — странный тип, лучше проверить сразу, пока нас трое. Иначе уйдёт, а кто знает, что у него на уме — может, он, как Аксёнов, нехорошим колдовством балуется.
— Документы есть? Любые? — поинтересовался Лёха.
— Нет, — развёл руками стриженый. Обмакнув в соус последний кусок шашлыка, отправил его в рот.
— Пройдёмте тогда с нами, — холодно сказал напарник. — Это ненадолго, не волнуйтесь.
— Да я не волнуюсь, — усмехнулся хлыщ. — Но пойдёте вы без меня. Далеко и надолго.
И я с ужасом понял, что не могу пошевелиться — вообще никак. Всё слышу, всё понимаю, но тело словно онемело. Слева от меня Стас — тот тоже застыл… Колдун, точно! Этот тип — очень сильный и необычный колдун: необнаружимая аура, и обездвижил нас без малейшего движения! Это ж надо…
Несмотря на аховое положение, досаду я испытал в первую очередь оттого, что этот уникум явно сейчас уйдёт от нас. Уйдёт, как пить дать — шума нет, нас троих он вырубил, никто вокруг ничего и не поймёт… Страх того, что могу остаться парализованным навсегда, пришёл не сразу.
А потом я увидел, как расширились глаза стриженого. Лёха, мельком глянув в мою сторону, как ни в чём не бывало сделал шаг вперёд и одним точным ударом в челюсть свалил хлыща на землю — и сразу разжались парализовавшие меня тиски…
— Забавный тип, — пробормотал Лёха, встряхивая руку после удара. — Напарник, ты чего застыл? Снимай ремень, вяжем его.
— Я вообще-то парализован был, — вытаскивая из петель пояс, просипел я, пытаясь прокашляться — голос слушался с трудом.