Сколько ещё напарник пробудет без сознания? Пять минут, десять, час? Мы отбились от изгоев, но не сделали главного — не нашли зеркало. Да, я получил ответы на все вопросы и, если надо, могу через Леночку доложить Власову, но…
Но всё же мне не хочется, чтобы Лёха попал на исследование к нашим. Пошёл бы к такой-то матери и ближний круг, и сам Власов — да, Лёха не совсем человек, да, он загадка, которую хорошо бы изучить, но в то же время — он мой друг, не раз спасавший мне жизнь.
За мной должок.
А ветер крепчает… Может, перетащить напарника куда-нибудь? Хотя бы поближе к вагону — если хлынет, он хотя бы не вымокнет.
Я попытался приподнять Андреева — нет, не выходит. Не то чтобы он тяжёлый — скорее у меня силёнок мало. А элементарное колдовство, позволяющее уменьшить вес предмета, я так и не освоил — вот уж не думал, что оно когда-то понадобится…
Как бы его перетащить?
— Помочь? — раздался сзади спокойный знакомый голос.
Легка на помине…
Я обернулся, поднялся с колен.
Леночка стояла метрах в десяти, посреди ржавой железнодорожной колеи. На ней были всё те же джинсы и кожаная куртка, разве что рыжие волосы привычно рассыпались по плечам. Надо сказать, на фоне темнеющего предгрозового неба Васильева выглядела очень эффектно, но мне было не до этого.
— Да, давай, надо Лёху оттащить хотя бы в укрытие, — начал было я, и только тут до меня дошло.
Леночка. Здесь.
То есть, она в одиночку — в одиночку! — шла за нами, не выдавая себя, потом скорее всего видела всю сцену с нашим захватом, как меня чуть не убили, как Люба раскидала всю эту кодлу…
Или она не шла за нами, а изначально скрывалась где-то здесь? Но это значит… Это значит…
— Не надо никого никуда тащить, — вздохнула однокурсница, приближаясь. — Всё в порядке. Я сейчас вызову наших, они прибудут за нами. Машина наготове, пробой уже установлен, только открыть. Сан Саныч ждёт сигнал и точку для пробоя.
Мои спутавшиеся было мысли моментально встали на место. Ну да, все точки над «ё» расставлены.
Леночка — не связной. Она изначально на том же самом задании, что и я. И знает, судя по всему, намного больше меня. С самого начала.
А меня использовали втёмную.
Эх, и «порыв» потрачен, причём потрачен зря…
— Может, не надо? — просто сказал я.
— Владька, все хотят в ближний круг, — примирительно сказала однокурсница. — Не только ты. Мы вместе сделаем большое дело. Ты хоть представляешь, что за сущность мы сейчас видели?
Не представляю. Больше скажу — не знаю и знать не хочу.
Знаю другое — и Лёха, и Люба уже не раз спасали мне жизнь.
Отдать их в Колледж на эксперименты, которые там назовут «изучением»?