Я бил нелетальными ударами, стараясь помимо прочего в движении подсунуть однокурснице скользкую поверхность или барьер, но Васильева уворачивалась, как заправская спортсменка. Я поймал себя на мысли, что даже не знаю, в какой она физической форме — ни разу до последнего времени не видел её кроме как в юбочке или в платьишке, в образе девочки-отличницы…
Впрочем, что мешает ей быть отличницей и по физкультуре? Точно, я же видел её на гимнастике!
Я начал уставать. Несколько раз всё же её достал — предплечье, голень… Но мне показалось, что девушка этого и не почувствовала — по крайней мере двигалась она всё так же быстро, вертя хлыстами, как гимнастка лентами. Интересное приложение физкультурной практики к бою… но мне было совсем не весело. Встал спозаранку, утро с ходьбой, лежание на земле под сеткой, спасение чуть ли не чудом, а теперь ещё вот это — как-то многовато для одной половины дня.
Ударить в полную силу — нет, ни за что. Могу убить.
Может, потому за мной и послали именно Леночку? — запоздало подумал я. Власов должен был быть уверен, что я в критический момент просто не смогу нанести сопернику смертельный удар…
Да и какое уже «в полную силу»! Силы откровенно на исходе. Да, ещё могу шарахаться от ударов, но ещё несколько минут — и я споткнусь…
И в следующую секунду споткнулся. Под ногу сзади подвернулся проклятый рельс — видимо, в этом «танце» я в какой-то момент потерял ориентацию и не сообразил, где проходят железнодорожные пути.
Послышался глухой удар, и наступила тишина.
Я лежал на шпалах, а сверху на меня сеял начавшийся наконец-то дождь.
Сейчас она шарахнет своим хлыстом — и всё…
Но удара не было. Зато надо мной наклонился… Лёха.
— Ты как, напарник?
— Фигово, — честно признался я, пытаясь отдышаться. — А где Леночка?
— А, так это и была та самая Леночка, — вздохнул Андреев. — Которая рассудительная?
— Угу.
— Классно вы с ней танцевали…
— Что с ней?
— Вырубил я её. Она как раз спиной ко мне была, когда я очухался…
— Как вырубили? Насмерть?
— Нет, конечно, — Андреев протянул мне руку. — Что я, отморозок, двадцатилетнюю девчонку… Но на полчасика точно хватит, и синяк останется. Может, и сотрясение… Но жить будет, поверь мне.
С помощью Лёхи я поднялся. Голова кружилась, затылок болел — и устал, и долбанулся при падении… Леночка лежала тут же, в паре метров, в неудобной позе — но крови нет. На скуле её наливался синяк — Лёха, в отличие от меня, ударил на поражение.
— Ну не ждать же, пока она приложит тебя и возьмётся за меня, — пояснил напарник, последив мой взгляд. — Ничего, девчонка сильная, сразу видно. Сейчас что-нибудь холодное ей приложим…