Вот как. Андреев и понятия не имеет, что колдуны не могут пользоваться сложной техникой! Как всё запущено…

— Осечка была бы всё равно, — пояснил я. — У колдунов всегда так. Внутренняя энергия не даёт использовать. Я и машину водить не могу.

— Ах, вот оно что… — удивлённо осёкся Лёха. — Хм, ну может быть… Ну ладно, ты и так справился, молодец, — мне показалось, что напарник поначалу хотел хлопнуть меня по плечу, но сдержался. — Но увидишь бесхозный ствол за городом — забери. Сдашь в мэрию — хоть немного, но заработаешь. На пожрать хватит.

Ну да, такое и у нас в Вокзальном практикуется. На КПП на такое оружие ставят колдовскую пломбу, чтобы из него не стреляли, пока Управа его не зарегистрирует. Правда, уж не знаю, много ли оружия приходит в город «со стороны»? Его и так хватает — судя по тому, что я слышал, ещё сразу после войны, той самой, с которой всё и началось, распотрошили какие-то склады в воинских частях — а потому оружия много, у каждого второго точно есть хотя бы пистолет.

— Хорошие ножи тоже в цене, — продолжал напарник. — Их и регистрировать не надо. Даже если постоянно не пользуешься — пусть будет, ту же колбасу порезать… Чего нож смотрел, колдовство искал?

Вот сразу видно хорошего опера. Без единого вопроса сделал правильные выводы.

— Ага. Но его нету. Просто нож.

— Я тебе так скажу, Матвеев: чтобы пырнуть человека, колдовской нож и не нужен. Обычного хватит. Вот против нечисти лучше бы посеребрённый, но они дорогущие. Ребятам из сил самообороны, которые на КПП и за Стеной работают, выдают казённые, а нам, в безопасности, не положено.

— А много нечисти встречается? — полюбопытствовал я.

— В городе — нет. Если нечисть в городе — это, считай, катастрофа, всех на уши поднимут. А за Стеной встречается иногда, и самая разная… Даже в Промзону забредают, или в эти вот садоводства.

Эх, какая возможность — раскачать бы сейчас тему про Промзону! Но незачем — Лёха уже прямо сказал, что ничего не помнит, так что упорствовать нельзя. Точнее — незачем, лучше уж потом к этой теме вернуться.

— И какая именно нечисть? — не удержался я.

— Оборотни бывают, но эти умные, близко к стене не подходят. Визгуны встречались, от визга кровь из ушей идёт. Кровососы попадаются, но эти трусливые, от них больше в деревнях страдают, когда они на животину набрасываются… Да разные есть.

— А в реке?

— В реке нет. Там русалки живут. Ты что, не слышал? Русалки же как раз живут на порогах…

Я удивлённо посмотрел на напарника и понял, что тот откровенно ржёт надо мной. Ну ладно, припомню… потом.

За болтовнёй мы дошли до отделения милиции. Я было удивился, заметив, что у входа стоят две машины с символикой Вокзального на дверцах — джип с пулемётом и фургончик-«буханка», но потом увидел, как вынесли на носилках Аксёнова.