— А Аксёнов? — не выдержал я.

— Ну у вас явно к нему есть вопросы. Поговорите, только не бейте. Сегодня должен быть транспорт с Вокзального — отправим с ними, ваши разберутся…

Аксёнова бить ногами не пришлось. Когда мы, сдав трофеи, спустились к камерам и внешне безучастный дежурный открыл нам ячейку, в которой сидел «кровавый колдун», Андреев сказал короткую речь, в которой приличными были разве что предлоги, да и то не все — я и не думал, что матом можно не ругаться, а разговаривать. У Аксёнова случилась истерика — Лёха вроде и не угрожал ему, просто держал на виду вынутый из-за голенища нож, гораздо более серьёзный, чем тот, что мы отобрали у болотника, и сделал несколько движений, которые можно было истолковать по-всякому. Будь я на месте Аксёнова, уже распрощался бы и с глазами, и с ушами, хотя напарник даже ни разу не коснулся его лезвием.

Мне было ничуть не жаль колдуна. Убийца и мразь, что ещё сказать… Но сейчас, когда ничего не мешало, в его ауре я видел жуткий страх.

— Нет, не знали, никто не знал! — визжал он. — Моя захоронка, только моя! Может, следили, но тогда и вынесли бы всё давно уже! Зуб даю, никто туда не должен был прийти! Я раньше чем к выходным туда не собирался!

Лёха заковыристо выразился на тему того, что зубы Аксёнову и так уже не принадлежат и мы можем забрать их хоть все — и мельком взглянул на меня. Я легонько качнул головой, как и договаривались — Аксёнов не врал, хотя и был дико напуган. А жаль — одна из версий лопнула. Хотя, кто знает — может, и правда оголодавшие болотники просто решили отведать человечинки… Фу. Меня аж передёрнуло.

В верхний коридор я вернулся с облегчением. Переглянулся с Андреевым — тот развёл руками:

— Ну что, других версий нет… Пошли в кабинет.

— Писать отчёт?

— Да. Но только о шмоте. Никаких сумок. Шмот пойдёт как вещдок, и на проверку, не было ли что украдено… Так. Пойдём-ка для начала перекусим.

В «Сказке» было людно — самый разгар дня, а сюда, судя по всему, ходит и мэрия, да и из местного Анклава наверняка забегают, благо он напротив — но мы, уже стоя с подносами, увидели освободившийся столик и рванули к нему.

— М-да, после такого утречка я б и от пива не отказался, — пробурчал Андреев, отставляя в сторону стакан с компотом и придвигая к себе овощной салат. — Но до вечера не стоит… Ты как?

— Я не пью. Из наших алкоголь никто не пьёт. В нашем кафе есть кое-что, но его только там продают.

— Правильно, и не надо. Ты молодой. Хотя… далеко пойдёшь, Матвеев, Ленка была права, — подмигнул он, явно намекая на первую встречу в «Триаде».